Козни помещиков против православия

Не переставали поступать генерал-губернатору и жалобы крестьян на самоуправство помещиков и их управляющих, всеми мерами (порки, угрозы и требование немедленной уплаты долгов, лишения арендных участков и т. п.) заставлявших крестьян отказаться от перехода в православие. В Дерптский уезд, откуда таких жалоб поступало особенно много, генерал-губернатор вынужден был направить своего чиновника для особых поручений Валуева, и многие жалобы подтвердились[489].

Вначале помещики использовали несколько необычный прием, чтобы пресечь распространение православия. Они давали крестьянам клятвенные обещания, что если кто-либо из тех, кто переходит в православие, получит земельный надел, то он, помещик, обеспечит земельным наделом также и своих крестьян, остающихся в лютеранском вероисповедании. Такую клятву, например, дал владелец имения Элиствере земельный советник Штакельберг в волости Мариен-Магдаленен, собственник имения Пюхаярве Штрук, собственник имений Мынисте, Сааре и Тахаева фон Вульф[490].

Устанавливаемые законы и распоряжения центральных властей помещики в интересах борьбы с православием старались обходить или игнорировать. Примеры тому многочисленны. Так, правительством было отдано распоряжение о том, чтобы в Псковской, Витебской и Лифляндской губерниях внесение платы за хлеб, взятый голодающими в 1845 г., было разрешено погашать в течение 12 лет, из которых в первые два года взыскания запрещались. Но многие помещики заставляли крестьян, принявших православие, возвращать долг уже в следующем, 1846 г. [491] Имеются свидетельства о чрезмерно жестоких наказаниях крестьян, перешедших в православие. Товарищ министра внутренних дел в своей записке от 9 ноября 1845 г. сообщал о наказании дерптским орднунгсгерихтом 20-ти крестьян, пришедших в город для принятия православия без увольнительных билетов от сельского управления, 60-ю ударами розог, причем взыскал с них еще по 15 коп. серебром за употребление розог, хотя, согласно предписанию генерал-губернатора, крестьяне не подлежали никакому наказанию[492].

Из записки товарища министра внутренних дел от 24 декабря 1845г. стало известно, что священнику передвижной церкви, расположенной в подмызке Дурендорф барона Фиттингофа близ Мариенбурга, для отопления квартиры, где установлен походный иконостас, помещик не только не отпускал дров, но запретил продавать их ему в радиусе 25 верст[493].

По свидетельству одного беспристрастного остзейского немца, «поступки баронов с латышами напоминали времена первых веков христианства и повторялись на наших глазах в стране, почитающей себя частью образованной Германии, времена мучеников. Иногда случались настоящие сборища инквизиции. Начинаются латышам и эстам запросы, допросы, увещания, выпытывания, как будто дело идет о каком-то неслыханном преступлении, а преступление заключается в мирном желании принять веру государя и России» [494]. Ламзальский священник Меньшиков писал, что «горе и с теми, которые присоединились к святой Церкви, ибо редкий Божий день проходит, чтоб кто-нибудь из них не приходил ко мне. Одни просят совета, как избавиться от голодной смерти, другие жалуются на голод и на безжалостных своих господ и судей; иной просит какой-нибудь милости, а все билетов для отлучки в Ригу за хлебом. Нельзя без скорби слышать о их скорби, без слез смотреть на их слезы, истинно горькие» [495].

Военный министр своим предписанием напоминал генерал-губернатору, что «правительство желает видеть обращающимися в православие только тех, кои совершенно проникнуты мыслию и чувством о душевной пользе перемены религии... чтобы никто из перешедших уже в православие и после того возвратившихся в лютеранство не был подвергаем каким-либо наказаниям, производству следственных дел или преследованию» [496].

В 1848 г. генерал-губернатор Головин был заменен князем А. А. Суворовым. Но положение епископа Филарета по-прежнему оставалось тяжелым. Митрополит Московский, извещая о перемене начальства в Риге, поздравил епископа Филарета с переменою к лучшему. Но с первых же дней все оказалось не так. «Новый начальник края привез с собой много гостинцев немецких»,— отмечал в одном из писем епископ Филарет[497].




[489]  Kruus H. Talurahvas kaarimine Louna-Eestis XIX sajandi 40-ndail aastail. L. 232.
[490]  Ibidem.
[491]  Историко-статистическое описание церквей и приходов Рижской епархии. 1894. Вып. 2. Ч. 1. С. 73.
[492]  С. 518 наст. изд.
[493]  РГИА. Ф. 821. Оп. 5. Т. 2. Ед. хР. 186.
[494]  Дистовский И. С. Филарет, архиепископ Черниговский. С. 125.
[495]  Там же. С. 126.
[496]  С. 523 наст. изд.
[497]  Листовский И. С. Филарет, архиепископ Черниговский. С. 128.
Ссылки по теме
Форумы