Зарождение идеи немецкой культуртрегерской миссии в Прибалтике

«Хроника Ливонии», содержащая богословское обоснование «справедливой» войны немецких крестоносцев против язычников Ливонии, а также рифмованные хроники стали основными источниками для столь же тенденциозных в политическом отношении исторических концепций, созданных в XIX–XX вв. с целью оправдания самой агрессии и исторического права немецкого меньшинства на господство в Прибалтике. «Хроника Ливонии», как утверждал В. Быстрянский, «имеет значение документа, изобличающего некорректность ссылок буржуазных историков (в частности, в 30-е гг. национал-социалистов) на мнимую культурную миссию немецких рыцарей в годы далекого средневековья» [224]. Известный германский геополитик Карл Гаузгофер в книге «Современная мировая политика» защищал концепцию, согласно которой великие народы, потерявшие значительную приморскую территорию, впоследствии никогда не смогут освободиться от тяги к обратному завоеванию принадлежавших им берегов[225]. Подобные авторы представляли вторжение чужеземных захватчиков в Прибалтику как некую миссию «культуртрегеров», которые «навели здесь порядок», утвердили католичество и спасли народы Прибалтики от гибели. Эти идеи составили суть так называемого остзейского вопроса, во многом повлиявшего на развитие православия в Прибалтике. Они нашли отражение в позднейших работах прибалтийских немецких историков, которые пытались утвердить их в научном обиходе как единственно «авторитетные» по истории Прибалтики. Им удалось распространить эти концепции далеко за пределы края, многие их работы были переведены на русский язык, и тезис о «культуртрегерской» роли католических агрессоров был усвоен даже русскими дворянскими и либеральными историками. Полностью восприняли и продолжали развивать эти идеи лютеранские прибалтийские историки. Эти обстоятельства необходимо подчеркнуть с самого начала, потому что их понимание исключительно важно для усвоения того, как исторически определялись цели и вырабатывались неприемлемые для христианина методы религиозной деятельности католиков, а позднее и лютеран, которые в течение многих веков практиковались западными Церквами в Эстонии. По сути дела, в этот период сложилась та политическая идея и определились пути ее осуществления, которую Запад на протяжении многих столетий проводил в отношении Прибалтийского края и которая является одной из составных частей так называемого остзейского (или прибалтийского) вопроса, неизбежно наложившего отпечаток на всю историю развития православия в этом крае.

Однако уже начиная с Н. М. Карамзина, русские историки и археологи (Н. И. Костомаров, М. П. Погодин, Н. Н. Харузин и др.) сумели разглядеть тенденциозность научных исследований прибалтийских немецких авторов и показать, что прибалтийские народы с давних времен находились на достаточно высоком уровне культурного развития и в тесных связях с русскими, у которых искали помощи и защиты от крестоносцев-захватчиков[226].




[224] Быстрянский В. А. Предисловие // Генрих Латвийский. Хроника Ливонии. С. XV.
[225]  Там же. С. X.
[226]  Аргументированную критику «теории культуртрегерства» можно встретить и у некоторых прибалтийско-немецких просветителей: И. Г. Эйзена (1717—1779), Г. Яннау (1752-1821) и особенно Г. Меркеля(1769-1859), См. об этом: Мелъкисис Э. Критика прибалтийскими просветителями «теории культуртрегерства» // Ученые записки ЛГУ. Рига, 1974. Т. 219. С. 79-85.
Ссылки по теме
Форумы