Хранитель церковных древностей архитектор Петр Барановский (Телепрограмма 08.12.07) (комментарий в интересах нации)

	Икона Божией Матери "Державная"

Икона Божией Матери «Державная»

Державная икона Божией Матери явила себя русскому православному народу 2/15 марта 1917 года в селе Коломенском близ Москвы. В том же году сведения о ней появились в журнале «Душеполезный собеседник» за октябрь. Вот краткая ее история.

Явление Державной иконы Божией Матери в 1917 году не было неким обновлением, но просто обнаружением старой иконы в подвале церкви Вознесения в селе Коломенском. Отец Николай Лихачев по просьбе крестьянки Евдокии Адриановой занялся месте с ней поисками иконы Божией Матери. Адрианова явилась из деревни Перервы Боровицкого уезда Жирошкинской волости. Ей несколько раз во сне было указано идти в село Коломенское для обретения иконы Божией Матери.

Сначала Адрианова сама не посмела действовать и выжидала. Второй раз после усердной молитвы о помощи и разъяснении сна Адрианова уже видела во сне белую церковь, а внутри ее узнала Царицу Небесную в виде величественной Женщины, восседавшей там. Однако лика Богородицы она не видела, но догадалась сердцем, что это была Она. Это явление случилось 26 февраля, и Адрианова ясно поняла, что теперь задерживаться нельзя. В первом сне, 13 февраля, она хотя и ничего не видела, но ясно слышала слова: «Есть в селе Коломенском большая черная икона, ее нужно взять, сделать красной, пусть молятся».

Сопоставляя первое сновидение со вторым и зная точно, куда ей нужно идти и какую белую церковь отыскать, раба Божия Евдокия говеет, приобщается Святых Тайн и пускается в путь.

2 марта 1917 года Адрианова нашла белую церковь, виденную ею во сне. Настоятель храма, к которому она обратилась, не возбранил ей осмотреть все иконы в церкви, сопровождая ее, но, вероятно, вначале доверия к ее сну не имел.

Не найдя ничего похожего в храме, о. Николай предложил посмотреть иконы, находившиеся в подвале церкви, по разным причинам сложенные там. Среди тех икон выбрали самую большую, покрытую вековой пылью. Решили омыть эту запыленную икону, и к удивлению всех на ней ясно обрисовалось изображение Божией Матери, сидящей на троне. По мере приведения иконы в порядок обнаружилось, что Младенец-Христос, сидящий на коленях Божией Матери, простер благословляющую руку. Владычица имела в одной руке скипетр, в другой – державу, а на голове Ее была корона. Красная мантия или порфира на плечах Божией Матери была на зеленой подкладке. Зрелище казалось потрясающим, при необыкновенно суровом лике Богоматерь имела царственный вид.

Адрианова признала в этой иконе виденное ею во сне; она упала на колени и поклонилась Владычице. По ее просьбе священник сейчас же отслужил молебен с акафистом перед обнаруженной иконой Божией Матери, а Адрианова со слезами благодарила Владычицу, способствовавшую ей найти икону.

Слух о вновь найденной иконе быстро распространился не только в селе Коломенском; богомольцы стекались в церковь Вознесения из Москвы и других мест, получая от Божией Матери благодатную помощь. В «Сергиевских листках» описано прибытие Державной иконы Божией Матери в Марфо-Мариинскую обитель в Москве, где икона была встречена Великой княгиней Елизаветой Федоровной и другими сестрами с большим торжеством.

Икону возили в тот год на фабрики и заводы, а также и в другие церкви; только по воскресным и праздничным дням она оставалась в селе Коломенском.

По некоторым сведениям было установлено, что Державная икона Божией Матери до 1812 года принадлежала Вознесенскому женскому монастырю в Москве. В год нашествия Наполеона на Москву она была спрятана в селе Коломенском и, вероятно, забыта там на 105 лет, пока не явила себя в положенное Господом Богом время.

Нельзя не отметить еще той особенности, что икона эта обнаружилась в совсем особое время, то есть в начале русского лихолетья. День ее явления совпадал с днем отречения от престола последнего Царя, а царственный вид иконы, скипетр и держава словно подчеркивают, что Владычица приняла на Себя и опеку, и окормление верных чад Церкви Российской. Знаменательна и алая порфира Богоматери, цвет которой напоминает цвет крови...

«Православие»

Второе обретение иконы Божией Матери именуемой «Державная»

14 (27) июля 1990 года духовенство и прихожане храма в честь Казанской иконы Божией Матери в селе Коломенском торжественно встретили Державную икону Божией Матери, переданную в церковь по ходатайству Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II из Государственного Исторического музея. Икона была установлена у правого клироса храма. Перед ней происходит чтение Акафиста, составленного по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея России Тихона.

В течение нескольких десятилетий с 1917 года у В. В. Филатова, ныне преподавателя Свято-Тихоновского Православного Богословского института, хранилась фотография с изображением иконы Пресвятой Богородицы на престоле с Предвечным Младенцем, полученная из иконописной мастерской Свято-Алексеевского монастыря в Москве [1] от руководительницы мастерской монахини Ангелины (Обуховой). Сличение этой фотографии, сделанной еще перед реставрацией иконы в 1917 году, с тремя иконами, находящимися в храме в честь Казанской иконы Божией Матери в селе Коломенском, убедило в том, что на фотографии запечатлена Державная икона Божией Матери.

Выяснению того, какая именно из трех икон Явленная, способствовало сравнение фотографии 1917 года с фотографиями, специально сделанными Ю. М. Простяковым с каждой иконы Коломенского храма, и сканирование, проведенное на современном электронном оборудовании К. А. Мееровым. В результате установлено, что икона, переданная Государственным Историческим музеем в Коломенское, и есть тот самый образ Божией Матери, именуемый Державным, который до того времени считался утраченным. Теперь наконец развеяны легенды о якобы исчезнувшем чудотворном образе.

Документально установлено, что после запрещения богослужений в храме Вознесения в селе Коломенском икона вместе со всеми другими иконами храма была помещена в хранилище филиала Государственного Исторического музея «Село Коломенское» (в обезглавленную в те годы церковь во имя вмч. Георгия Победоносца [2]). Затем икону передали в основное хранилище музея, в здание на Красной площади. Ее перемещение отражено в Книге поступлений в Государственный Исторический музей (регистрационный № 67494). Затем икону поместили в хранилище экспонатов Отдела изобразительного искусства и соответственно вписали в инвентарную книгу Отдела (регистрационный № 1399).

В 1988 году икону временно передали на выставку в Издательский Отдел Московского Патриархата, где святыня пребывала в течение двух лет в алтаре домового храма во имя Преподобного Иосифа Волоцкого [3].

В соответствии с известным постановлением правительства о возвращении церковного имущества его законным владельцам, по ходатайству Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, икону было решено перенести в Коломенское. Согласно Акту Государственного Исторического музея от 23 июля 1990 года и Приказу Министерства культуры Российской Федерации, образ был передан в церковь в честь Казанской иконы Божией Матери.

Такова вкратце история Державной иконы Божией Матери – Покровительницы России и Заступницы за Отечество пред Господом и Спасителем нашим Иисусом Христом.

Празднование Пресвятой Богородице в честь иконы Ее, нарицаемой «Державная», бывает 2 (15) марта и 14 (27) июля. Службы с чтением Акафиста Пресвятой Богородице пред Державною Ее иконою в Казанском храме села Коломенского совершаются весь год, кроме дней Великого поста и Святой Пасхи, по воскресным дням (через воскресение), в летний период с 18 часов, в зимний – с 17 часов.

Примечания:

[1] Алексеевский женский монастырь – основан около 1358 г. по благословению святителя Алексия, митрополита Московского, сестрами его Евпраксией и Иулианией. По желанию Императора Николая I, решившего воздвигнуть на месте монастыря Храм Христа Спасителя, обитель была перенесена (17.10.1837) в Красное Село к Крестовоздвиженской церкви. Прежние монастырские постройки были разобраны. Закрыт около 1930 г. Один из четырех монастырских храмов (Всех святых) в 1900 г. возвращен Церкви.

[2] Храм Великомученика Георгия Победоносца в селе Коломенском – возведен в XVI в. первоначально как колокольня. В XVII в. колокольня перестроена в церковь.

[3] Церковь Преподобного Иосифа Волоцкого – освящена в новом здании Издательского отдела Московского Патриархата 9/22 сентября 1981 г., в день памяти преп. Иосифа. Освящение возглавил Патриарх Московский и всея Руси Пимен. Следует подчеркнуть, что престола преп. Иосифа Волоцкого до тех пор в Москве не было.

Интернет-сайт храма Державной иконы Божией Матери в Чертанове

	Царская семья

Царская семья и «Державная»

Сергей Фомин

Знали ли сами царственные мученики о явлении «Державной» иконы Божией Матери? До недавних пор определенно ответить на этот вопрос не представлялось возможным. Однако не так давно среди бумаг императрицы Александры Феодоровны, изъятых цареубийцами в ее личных вещах, была обнаружена публикуемая нами молитва, собственноручно переписанная рукой царицы-мученицы и несколько отличающаяся от всем известной второй молитвы «Державной» (с которой схожа). Текст этой молитвы, составленный, видимо, не ранее ноября-декабря 1917г. (мы публикуем его ниже без искажений, сверенным с оригиналом), был доставлен, возможно, при посредстве великой княгини Елизаветы Феодоровны царственным мученикам вместе с копией Державного образа.

Сохранились свидетельства о посылке, полученной царственными мучениками уже в Екатеринбурге.

Из дневника государя (3.5.1918): «Днем получили от Эллы из Перми кофе, пасхальные яйца и шоколад».

Из дневника государыни (3.5.1918): «Получили кофе, шоколад от Эллы. Она была выслана из Москвы и находится в Перми (мы прочитали это в газетах)».

Из парижской статьи 1929 г. мы знаем, что вскоре после большевицкого переворота икона Божией Матери «Державная» находилась в Марфо-Мариинской обители, настоятельницей которой была великая княгиня Елизавета Феодоровна.

Во вторник Светлой седмицы, 24 апреля/7 мая 1918 г., великая княгиня Елизавета Феодоровна была арестована и в сопровождении келейницы Варвары Яковлевой и сестры Екатерины Янышевой отправлена из Москвы поездом в Пермь. Здесь недолгое время августейшая молитвенница пребывала с сопровождавшими ее сестрами в Успенском женском монастыре, утешаясь ежедневным монастырским богослужением. Вскоре их переместили в Екатеринбург, где одной из сестер удалось близко подойти к Ипатьевскому дому и через щель в заборе увидеть даже самого государя. Недолгий приют предоставил им Ново-Тихвинский женский монастырь, откуда вскоре будут носить съестное царственным мученикам в Ипатьевский дом. Сама великая княгиня, несмотря на просьбы встретиться с сестрой, не была допущена к ней. 1/14 мая все находившиеся в Екатеринбурге члены царского дома (кроме самих царственных мучеников) получили предписание переселиться в заштатный город Алапаевск Верхотурского уезда Пермской губернии. Алапаевские мученики прибыли туда 7/20 мая, когда церковь вспоминает явление на небе Креста Господня в Иерусалиме (351 г.).

	Св. прмч. Елизавета Феодоровна

Итак, посылка была отправлена великой княгиней из Перми.

В «Описи иконам, найденным при осмотре дома Ипатьева» после цареубийства, значатся две иконы, одна из которых, по крайней мере, несомненно, «Державная»: «Образ Божией Матери, большого размера, на дереве, старинного письма, на красном фоне черной краской. Вверху – Бог Саваоф». Однако самым значимым фактом является свидетельство следователю Н. Соколову Попова-Шабельского 1921 г.: «...В 4 часа утра 17 июля [1918 г.] все стихло. Мужики тотчас же кинулись к Ганиной яме и там нашли [...] несколько вещей [...] Потом стали откачивать воду из шахты, привлекли учащуюся молодежь, офицерство и нашли разные вещи, из которых помню [...] икону Божией Матери Великодержавной, исколотую штыками, которую великая княгиня Елизавета Феодоровна через графиню Толстую прислала государю».

В показаниях речь идет о Зинаиде Толстой, супруге полковника Кавалергардского полка Петра Толстого, сестре известного русского поэта Сергея Бехтеева и фрейлины обеих императриц Екатерины Бехтеевой. Вместе с государыней и великими княжнами Зинаида Сергеевна трудилась в лазаретах Царского Села, ухаживая за ранеными. Впоследствии она сблизилась с царственными мучениками, в годы заточения которых в Тобольске отправляла им посылки и письма, нередко вкладывая в них стихотворения брата. Сохранилось 11 ответных писем к ней царицы и ее дочерей. Об обстоятельствах одной из таких оказий впоследствии было опубликовано свидетельство в эмигрантской печати: «Весною 1918 г. Зинаида Сергеевна Т[олстая], постоянно сносившаяся с царской семьей, во время ее заключения в Царском Селе, Тобольске и Екатеринбурге, послала своего доверенного человека Ивана Иванова в Екатеринбург, дабы узнать об условиях жизни государя там. Посланный с величайшим затруднением исполнил свое поручение и ознакомился, насколько мог, с грустными и трагическими подробностями страданий царской семьи».

Та майская посылка от Эллы, полученная царственными мучениками в Екатеринбурге, была также послана через Толстую. Об этом свидетельствует запись в дневнике государыни, сделанная на следующий день после получения посылки (4.5.1918): «Огромное наслаждение, чашечка кофе. [...] М[ария] написала в 22-й раз детям и Элле и Зиночке [Толстой] (не отослала их)».

Посылка иконы «Державной» и, скорее всего, вместе с ней текста молитвы была, кроме всего прочего, формой покаяния. На наши расспросы о размолвке великой княгини с ее сестрой-царицей в конце 1916 г. старец о. Николай Гурьянов отвечал, имея в виду великую княгиню Елизавету Феодоровну: «Она покаялась».

Революция. Иконы. Россия

В годы Первой мировой войны и революции произошло еще одно важное событие: открытие в России иконы. Речь идет не об открытии иконы образованным обществом – это дело вторичное по отношению к проявлению (трудами реставраторов) скрывавшихся под потемневшей олифой и позднейшими записями первообразных ликов.

Первым об этом стал писать русский философ князь Е. Н. Трубецкой.

«До самого последнего времени, – отмечал он в 1915 г., – икона была совершенно непонятной русскому образованному человеку. Он равнодушно проходил мимо нее, не удостаивая ее даже мимолетным вниманием. Он просто-напросто не отличал иконы от густо покрывавшей ее копоти старины.[...] Оказывается, что лики святых в наших древних храмах потемнели единственно потому, что они стали нам чуждыми; копоть на них нарастала вследствие нашего невнимания и равнодушия к сохранению святыни...»

Далее, завершая статью, он почти пророчествует: «Возможно, что переживаемые нами дни представляют собою лишь «начало болезней»; возможно, что они – только первое проявление целого грозового периода всемирной истории, который явит миру ужасы, доселе невиданные и неслыханные. Но будем помнить: великий духовный подъем и великая творческая мысль, особенно мысль религиозная, всегда выковывается страданиями народов и великими испытаниями.[.] Но, в таком случае, мы должны твердо помнить о той радости, в которую обратятся эти тяжкие муки духовного рождения. Среди этих мук открытие иконы явилось вовремя».

И в третьей, заключительной статье, опубликованной в самом начале 1918 г.: «В исторических судьбах русской иконы есть что-то граничащее с чудесным. [...] Можно ли считать случайностью, что она явилась именно в последние десять-пятнадцать лет? Конечно, нет! [...] Она явилась как бы накануне тех исторических переживаний, которые нас к ней приблизили и заставили нас ее почувствовать. [...] Икона – явление той самой благодатной силы, которая некогда спасла Россию».

Первые печатные сведения о Державном образе, записанные настоятелем храма, в котором находилась чудотворная икона, о. Николаем Лихачевым, появились в журнале «Душеполезный собеседник» в октябре 1917 г. К этому же времени (сентябрю-октябрю), вероятно, относится отдельная листовка аналогичного содержания. Почитание образа верующими, по воспоминаниям современников, началось сразу же после его явления. Видимо, все же оно росло постепенно, по мере вразумления свыше и под воздействием опамятования народа. Известно, что Патриарх Тихон приезжал прославлять явление «Державной». Но раз Патриарх – значит, уже после ноября 1917 г. «Патриарх после прославления иконы приказал в акафист этой иконе собрать по частице из каждого акафиста, какие написаны были для других икон Божией Матери, явленных в России, и велел назвать этот акафист «Акафист акафистов». Одна из служб «Державной» и акафист были составлены с участием самого Патриарха Тихона.

	Патриарх Московский и всея России Тихон

Как бы то ни было, но со 2 марта 1917 г. Матерь Божия стала «земли Русския Царицей Небесной» (величание из иной службы явлению иконы Богородицы «Державной»).

Замечательно было самоощущение участников грандиозного крестного хода изо всех московских церквей Первопрестольной к поруганным кремлевским святыням в захваченной большевиками Москве 9/22 мая 1918 г., выраженное в письме Е. Н. Трубецкого: «...Недаром льется теперь кровь мучеников, недаром мы теперь пьем чашу до дна. Верьте, великое теперь совершается над нами. [...] такого светлого подъема я не видал за всю мою жизнь... Мы шли крестным ходом из Успенского собора на Красную площадь. Толпа, где были сотни и тысячи только что приобщившихся, ожидала расстрела и шла с пением «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко...» А пройдя Спасские ворота и увидав площадь, полную десятками тысяч, в порыве неудержимой радости запела: «Христос воскресе...» Вот смысл всероссийской Голгофы! То, что мы видели на Красной площади, – есть начало воскресения России, а воскресение не бывает без смерти...»

Народное почитание

О почитании народом Божиим «Державной» иконы, по условиям времени, сохранилось немного свидетельств.

«Весть о явлении новой иконы в день отречения государя от престола 2-го марта 1917 г., – писал профессор Андреевский, – быстро понеслась по окрестностям, проникла в Москву и стала распространяться по всей России. Большое количество богомольцев стало стекаться в село Коломенское и перед иконой были явлены чудеса исцеления телесных и душевных недугов, как об этом стали свидетельствовать получившие помощь. Икону стали возить по окрестным храмам, фабрикам и заводам, оставляя в Вознесенской церкви села Коломенского только на воскресные и праздничные дни...»

В 1929 г. в парижских «Сергиевских листках» рассказывалось о почитании «Державной» иконы в России (правда, известие это, как нам кажется, относилось к более раннему времени): «В настоящее время, как мы слышали, чудотворная «Державная» икона Божией Матери очень чтится по всей России; нам передавали, будто ее носят по селам крестными ходами».

О народной потребности молитвенного обращения к чудотворному образу свидетельствуют изданные с трудом, полулегальным уже образом при большевиках молитвы-листовки, два издания акафиста. А чего стоят выходные данные на одной из таких книжек: «Издание Свято-Николаевского Братства странников и отшельников Христа ради».

	Икона Божией Матери "Державная"

В этом же ряду было писание и распространение копий чтимой иконы. Профессор Андреевский свидетельствовал: «...Икона, в бесчисленных копиях, стала украшать все русские храмы. Появился дивный акафист и канон этой иконе, слушая который, вся церковь падала на колени. Прошло несколько лет – и жесточайшие гонения обрушились на головы почитателей этой иконы, молившихся пред ее копиями по всей России. Были арестованы тысячи верующих, расстреляны составители службы и канона, а сами иконы изъяты из всех церквей».

В настоящее время «Державных» икон того времени сохранилось немного. Один подобный образ удалось увидеть в Пюхтицкой обители, другой находится в храме Св. Николая Николо-Перервинской обители в Москве; еще один пребывает в храме Покрова Пресвятой Богородицы в селе Акулове под Москвой. Принадлежал он некогда старцу, иеромонаху Серафиму (протоиерею Сергию Орлову).

В своем письме митрополиту Арсению (Стадницкому), датированном «2 марта 1922 г. 1 ч. ночи», епископ Ямбургский Алексий (Симанский), будущий Патриарх Московский и всея Руси, писал из С.-Петербурга: «Я сейчас только что приехал из Иоанно-Предтеченской ц[еркви], где служил всенощную по случаю празднования в честь иконы Божией М[атери], именуемой «Державная». Было очень много народу, и служба очень затянулась».

Особо чтил чудотворный образ известный московский священник протоиерей Владимир Николаевич Воробьев (14.7.1876-16.2.1940), настоятель храма Св. Николая в Плотниках. Известно, что он часто ходил в Коломенское служить перед ней акафист. Почитание это, несомненно, усилил случай. Будучи арестованным в декабре 1924 г. и ввергнутым в Бутырскую тюрьму, о. Владимир был освобожден 2/15 марта 1925 г. – в день празднования «Державной» иконы.

Тем временем богоборческие власти подвергли «контрреволюционную», «монархическую» икону особому преследованию. Прекратились службы. Это было сделать тем легче, что она так и не была растиражирована типографским способом, бытовала в списках.

Постепенно дело дошло до того, что боялись даже упомянуть само имя иконы. Автору этих строк довелось держать общую тетрадь с неопубликованным трудом епископа Арсения (Жадановского) «Молитвы Божией Матери на каждый день года», переписанным его духовными чадами. Листы, на которых шла речь о «Державной» иконе Божией Матери, были вырваны владельцем тетради...

(По материалам сайта Московского государственного объединённого художественного историко-архитектурного и природно-ландшафтного музея-заповедника «Коломенское. Лефортово. Люблино»)