Понтификат Пия XI (1922-1939)

Е. Гергей. История папства


На конклаве, закончившемся 6 февраля 1922 года, победителем вышел кардинал Акилле Ратти, который, будучи архиепископом Милана, поддерживал там прямую связь с местной фашистской группой, возглавляемой самим Бенито Муссолини. Политическое прошлое нового папы, принявшего имя Пия XI, позволяло предвидеть, в каком направлении будут развиваться события на новом этапе истории папства, занявшем почти два десятилетия: осуществление еще более, чем прежде, ретроградного обновления.

Акилле Ратти был дворянского происхождения, но вырос в мелкобуржуазной семье. Большую часть своей жизни он провел, занимаясь науками в тиши миланской Амброзианской библиотеки. (В библиотеке он работал с 1888 года, а в 1907 году стал ее префектом.) Однако привлек он к себе внимание не научными успехами, а как альпинист. В 1911 году его назначили заместителем префекта Ватиканской библиотеки, а в 1914 году - ее префектом. Когда Ратти был уже шестьдесят один год, его вызвал папа, пригласив из тишины библиотеки на дипломатическую службу. (Согласно меткому замечанию Бенедикта XV, Ратти из ученого, занимавшегося дипломатией, стал дипломатом-ученым.) В апреле 1918 года его назначили апостолическим визитатором Польши и ее приграничных территорий (Прибалтики); Его деятельность была не безуспешной, ибо в июне 1919 года Польша принимала его уже в качестве нунция. (В это время он стал титулованным архиепископом.) Во время конфликта, возникшего вокруг Силезии, варшавский нунций оказался недостаточно тактичным, вмешался в дела, и в 1921 году папа был вынужден его отозвать. В виде компенсации папа в июне 1921 года назначил его архиепископом Милана и возвел в сан кардинала.

Конклав 1922 года, затянувшийся и бурный, посчитал избрание кардинала Ратти компромиссом - ведь он не принадлежал ни к одной партии курии. Преемственность правительственного курса новый папа обеспечил тем, что назначил своим государственным секретарем Пьетро Гаспарри. Однако вскоре выяснилось, что в бывшем папском библиотекаре дремала огромная энергия. В достижении своих целей он был последовательным и решительным, наряду с ученым доктринерством для него была характерна упрямая непримиримость. Сразу же после своего избрания Пий XI появился на внешней лоджии собора Святого Петра и впервые с 1870 года оттуда провозгласил благословение «Urbi et orbi». Своим символичным выходом из «заточения» он дал понять, что намерен урегулировать «римский вопрос».

Когда в 1922 году папа Пий XI вступил на престол, казалось, что послевоенная стабилизация капитализма будет достигнута еще не скоро. Это открывало благоприятные возможности для политики Ватикана. Примирение с Советским Союзом (договор в Рапалло 1922 года) оказалось временным явлением, ибо в 1922-1923 годах вновь возникла угроза войны. Между созданными на месте Австро-Венгерской монархии государствами и Ватиканом возникли спорные вопросы из-за новых границ церковных епархий. В результате поражения и распада центральных держав оказались потерянными традиционные консервативные политические партнеры Ватикана (Германия, Австро-Венгрия), в которых существовал традиционный союз между троном и алтарем.

В первую половину 20-х годов - точнее до 1924 года - демократические и либеральные направления в Европе находились в состоянии упорной борьбы с консервативно-реакционными политическими силами. В год избрания Пия XI, как раз в 1922 году, из этой борьбы вышли победителями наибо.пзе консервативные политические направления в ведущих капиталистических государствах: во Франции - правительство Пуанкаре (январь 1922), в Англии - консерваторы (октябрь 1922), в Италии в результате фашистского государственного переворота - Муссолини (октябрь 1922 ), в Германии - правительство Куно (ноябрь 1922) и, наконец, в Испании - диктатура Примо де Риверы (с 1923 года).

Следствием этой ситуации стало то, что консервативное времен понтификата Пия XI (наиболее похожего на Григория XVI) папство вновь сблизилось с реакционными и консервативными державами. Этот сдвиг вправо вызывал опасения еще и потому, что на поверхность вышел фашизм, проявившийся сначала как консервативное авторитарное направление, но в процессе развития ставший тоталитарным как в Италии, так и в Германии, обнаруживая также возможности по созданию широкой коалиции, в том числе и с католическими партиями и организациями.

Соответственно с этим и внутри церкви был реализован беспрецедентный абсолютизм. Этот направленный внутрь абсолютизм сочетался во внешней политике Ватикана с системой конкордатов, точно так же как это было при Григории XVI. Все это на долгое время, вплоть до II Ватиканского собора, заслонило действительные проблемы церкви. Абсолютизм Пия XI осуществился прежде всего в трех областях: в неотомистской теории государства, в движении «Католическое действие» и в конкордатах.

Пий XI в своей энциклике «Ubi arcano Dei» от 23 декабря 1922 года начертал основное направление, придерживаться которого он хотел, став папой. (После этого последовало бесчисленное количество энциклик по вопросам религии, морали, общества и политики.) Подзаголовком энциклики служили слова: «Pax Christi in regno Christi» («Мир Христа в царстве Христа»). которые формулировали конечную цель папства, а именн папа должен объединить человечество под духовным и моральным господством церкви и Рима. Что же конкретно означало царство Христа? Абсолютную моральную и идеологическую власть папы над церковью и верующими, в то время как политика в обществе принадлежит консервативной светской власти.

Согласно новому разделению труда, как говорится в энциклике «Ubi arcano Dei», церковь уходит из политики и хочет осуществлять свое воздействие в области религии; поэтому она отвергает также все автономные католические общественные и политические движения. Религиозно-нравственную и благотворительную деятельность верующие могут продолжать строго под контролем иерархии. Государство и церковь при определении своих отношений нового типа исходят из того, что причиной противоречий между отдельными государствами, так же как и причиной противоречий внутри общества, является классовая борьба, которая проистекает из-за отхода от законов Бога, от норм религиозной морали. Основой для общественного мира и для мира между народами может стать рехристианизация общества. Государство должно для этого предоставить полную свободу церкви, а церковь в обмен на это должна поддерживать государство в деле восстановления и укрепления порядка.

Из энциклики «Ubi arcano Dei» Муссолини тоже понял, что настало время для примирения с Ватиканом. Фашисты отказались от прежней враждебности по отношению к церкви и сосредоточили свое внимание на захвате власти, а после «Марша на Рим» в 1922 году повернулись лицом к церкви с целью расширить массовую базу фашистской власти. В начале 1923 года правительство Муссолини ввело обязательное преподавание закона Божьего, распустило франкмасонские ложи. Своей активной борьбой против коммунистов и социалистов, неприятием либерализма и франкмасонства и, наконец, обещанием сделать католицизм государственной религией фашисты полностью завоевали доверие Пия XI. В соответствии с энцикликой «Ubi arcano Dei» папа бросил на произвол судьбы Итальянскую народную партию, которая становилась все более радикальной в общественных вопросах, и Муссолини благодаря этому в 1923 году смог запросто исключить ее членов из правительства и из органов власти. Основатель партии Дон Стурцо под давлением Ватикана ушел от руководства партией, а затем и эмигрировал. Ставшая тотальной фашистская диктатура в течение 1925-1926 годов полностью ликвидировала Народную партию и христианские профсоюзы. Эта дата не случайно совпала с решением «римского вопроса» - с датой начала серии Латеранских переговоров об окончательном примирении государства с церковью.

Между тем папа приступил внутри церкви к осуществлению царства Христа. В своей энциклике «Quas primas» от 11 декабря 1925 года он дал интерпретацию актуализированной для церкви христологии и определил содержание праздника Христа-царя. Этот же курс был продолжен энцикликой «Miserentissimus Redemptor» от 1928 года о наиболее почитаемом празднике Сердца Иисуса[52], об углубленном изучении христологии. Частью почитания Иисуса Христа стало объявление 1933 года юбилейным Святым годом в связи с 1900-летием смерти Иисуса на кресте.

Пий XI был сторонником возможно большего числа юбилеев, и за время своего понтификата он объявил о целом ряде «святых годов». В 1925 году проводился очередной четвертьвековой юбилей, но в 1929 году он объявил о внеочередном Святом годе для углубления религиозной жизни. (Целью Святого года было привлечение в Рим сотен тысяч паломников; наряду с прибылью от туристов праздник служил демонстрацией моральной власти папы.) Объявленный папой Святым 1933 год был продлен и на 1934-й, с тем чтобы праздник закончился в 1935 году под руководством легата Пачелли в Лурде и оказался таким образом объединенным с культом Марии и царством Христовым.

Этой же цели централизации и усилению набожности служили во времена Пия XI систематически проводившиеся каждые два года евхаристические конгрессы. Во главе международных католических празднеств, проходивших под знаком евхаристии (почитание святого таинства причащения), стоял папский легат. Конгрессы демонстрировали вселенское единение церкви и папский централизм. (С 1881 года они проводились упорядочение, но систематически стали проводиться лишь с 1922 года. В 1938 году такой конгресс состоялся в Будапеште.) Юбилеи, праздники Святого года и евхаристические конгрессы превратились в международные католические массовые движения, которые хотели показать духовное единство всех верующих, гарантом чего является папа.

Папа Пий XI превзошел всех своих предшественников в деле канонизации святых. Он провозгласил 500 блаженных и 33 святых, среди них иезуита Белларминта, а также англичанина Томаса Мора. В энциклике о празднике всех святых Пий XI в качестве примера, которому должен следовать современный человек, поставил святых времен средневековья и контрреформации.

Пий XI большое внимание уделял развитию церковных наук и использованию современных средств массовой коммуникации; способствовал культивированию латинского языка, изучению схоластической философии. В 1936 году он создал Папскую академию церковных наук. Одной из наиболее важных задач которой является также подготовка церковных дипломатов. В области светских наук Пий своим кровным делом считал прежде всего развитие Ватиканской библиотеки. В 1935 году была открыта новая астрономическая обсерватория в Кастель Гандольфо. Еще в 1913 году была введена в строй радиостанция «Радио Ватикана», перед микрофоном которой часто и охотно выступал Пий XI. Оснащению Ватикана современной техникой помогли значительные суммы, предоставленные папе в соответствии с Латеранскими соглашениями.

Пий XI осознал значение печати в деле формирования общественного мнения. Он уделял много внимания журналистам. В 1936 году в Риме была проведена Неделя католической печати и Выставка католической печати. Пий XI много говорил о киноискусстве. В эпоху расцвета кино папа в своей энциклике «Vigilanti cura» от 29 июня 1936 года признал огромные возможности кинофильмов в оказании воздействия на массы. Считалось допустимым показывать фильмы соответствующего религиозно-нравственного содержания и политической направленности. Поэтому папа рекомендовал создать государственную цензуру фильмов. А епископам рекомендовалось постоянно публиковать список кинофильмов, считавшихся хорошими, равно как и таких, которые они считают плохими, вредными и которые не должны предлагаться верующим. В рамках «Католического действия» также существовал список запрещенных фильмов.

В числе энциклик папы Пия XI можно найти целый ряд взаимоувязанных между собой посланий о воспитании молодежи, о браке, о семейной жизни и общественном строе. В энциклике «Divini illius magistri» 1929 года подчеркивалось, что право воспитания христианской молодежи в первую очередь принадлежит церкви, семье и лишь в последнюю очередь государству. Энциклика «Casti connubii» о браке и семье, опубликованная в 1930 году, идеализировала традиционный союз между мужчиной и женщиной, морально благословляя господство в нем мужчины.

По общественным вопросам папа чаще делал заявления под воздействием мирового экономического кризиса (1929-1933). Энциклика «Quadragesimo anno» от 15 мая 1931 года - в 40-ю годовщину «Rerum novarum» - связывала решение социального вопроса с корпоративной реорганизацией общества, с осуществлением сословного общества. Сословное государство, корпоративная сословность с самого начала являлись основной идеей теории государства, выработанной церковью. И в основных социальных энцикликах папа на первое место выдвигает принципы организации общества, которые государство применяет к работодателям, а в конечном счете - к рабочим. В то же время социалистическое рабочее движение выдвигало на повестку дня вопрос об изменении отношений между заинтересованными сторонами - рабочими и работодателями, возлагая решение этого вопроса на эти стороны. Энциклика же «Quadragesimo anno» запрещала католикам воспринимать социализм, осуждала его и указывала выход в депролетариатизации пролетариев. В роспуске пролетарских организаций самообороны она усматривала возможность ликвидировать классовую борьбу. Пий XI понимал, что церковь потеряла рабочий класс, и это он справедливо назвал скандалом XX века; однако своими предложениями по решению этой проблемы папа еще больше оттолкнул от церкви трудящиеся массы. Возвращаясь на платформу Пия IX, Пий XI рассматривал социальный вопрос не как общественную и политическую проблему, а как вопрос филантропического характера. Об этом свидетельствует также энциклика «Caritate Christi» от 31 мая 1932 года о христианском милосердии как главном средстве врачевания социальной несправедливости.

У построенной Пием XI системы идей не было адекватной теологически-идеологической основы. Различные соображения, изложенные в папских энцикликах, не соединялись в единую систему. Пию XI удалось унифицировать и систематизировать лишь организацию по претворению в жизнь царства Христова, организацию «Католическое действие». Папа считал основной опасностью эпохи и источником любой опасности лаицизм. Рехристианизация светского общества согласно вышеуказанным принципам должна осуществляться в рамках «Католического действия». Задача «Католического действия» состоит в активизации верующих путем подчинения во многих странах независимых католических организаций непосредственным целям иерархии и папства. Организация движения «Католическое действие» после 1925 года проходила под знаком деполитизации католических движений и в духе интегризма. Конкордаты и «Католическое действие» были проявлением одной и той же концепции. Конкордаты были направлены на обеспечение привилегий католической церкви в той или иной стране и на подчинение духовной жизни в ней Риму. «Католическое действие» хотело добиться того же и в других областях, не подчиненных непосредственно церковной иерархии.

«Католическое действие» Объявило, что верующим-католикам следует выйти из политических партий и профсоюзов; это был удар по прогрессивным католическим движениям. «Католическое действие» придерживалось следующей концепции: приспособление к реакционной власти в первую очередь отвечает итальянским условиям, обобщает их. Там, где отделение церкви от государства уже произошло, «Католическое действие» лишь значительно приумножило число религиозных организаций, но не уменьшило общественно-политической активности верующих. Больше всего ущерба было нанесено итальянскому католицизму, ибо это привело к ослаблению Итальянской народной партии, а затем, сделав возможным ее ликвидацию, объективно проложило путь фашизму.

В результате происшедшей после первой мировой войны перегруппировки сил Франция вновь стала ведущей державой континента. Важной дипломатической задачей, стоявшей перед Ватиканом, была нормализация отношений с французами. Урегулированию связей с Французской Республикой в значительной степени способствовала энциклика «Maximam gravissimamque» от 18 января 1924 года. В ней признавались и легализировались церковно-приходская организация, автономное управление церковным имуществом. Тем самым косвенно признавалось отделение церкви от государства. Гарантийное соглашение в духе энциклики было подписано в феврале 1924 года.

Однако это примирение вызвало сопротивление консервативной националистической и монархистской части французского католицизма. Во главе сопротивления по-прежнему стояла организация «Французское действие» («Action Francaise») во главе с Шарлем Моррасом. Наибольшее влияние «Французское действие» имело в период между двумя мировыми войнами. Рим, правда, осудил, взгляды Морраса, которые противоречили не только католическим моральным нормам, но и республиканским принципам, тем не менее часть французских католиков подпала под его влияние. («Французское действие» в 30-х годах приобрело фашистский характер, и в 1936 году правительство Народного фронта распустило это движение. Его сторонники в 1940 году поддержали Петэна.) С целью предостережения этой части французских католиков Пий XI в сентябре 1926 года опубликовал написанное Пием Х в 1914 году, но сохранявшееся в тайне осуждение. Моррас выступил с протестом в адрес папы, но напрасно. «Французское действие» мешало политике сближения французских католиков с Ватиканом. В начале декабря 1926 года состоялось подписание нового соглашения о модус вивенди между Ватиканом и Францией. В 1926 году папа заставил иезуита кардинала Бийо подать в отставку, ибо он открыто критиковал папу за осуждение им «Французского действия». 5 января 1927 года Пий XI включил в «Индекс запрещенных книг» большинство произведений Морраса, а в 1929 году вновь охарактеризовал «Французское действие» как атеистическое и новоязыческое, запретив католикам участвовать в этом движении.

Все это показывает, что политика папы приспособилась к обстановке, сложившейся после 1924 года, когда в главнейших буржуазных государствах - хотя и попеременно - к власти пришли более умеренные политические направления. В первой половине 30-х годов обстановка вновь изменилась; в то время как во Франции папа поддерживал республику, в Испании он выступил в защиту свергнутой в 1931 году монархии. Испанская Республика провозгласила отделение церкви от государства, что папа в своей энциклике «Dilectissima Nobis» от 3 июня 1933 года подверг осуждению.

Идеологические основы политики конкордатов, проводившейся папой Пием XI, были разработаны консервативным кардиналом Оттавиани в его книге, опубликованной в 1929 году. Сам Пий XI наиболее подробно изложил свое понимание вопроса о конкордатах в энциклике «Quinquagesimo ante anno» 1929 года.

Как после Венского конгресса 1814-1816 годов, так и после подписания мирного договора под Парижем, завершившего первую мировую войну, курия формировала свои отношения с отдельными государствами с помощью конкордатов. Но если прежде конкордаты заключались лишь для урегулирования чрезвычайных обстоятельств, то ныне эти конкордаты стали нормальной, общепринятой формой отношений. Характерной чертой новых конкордатов явилось то, что они были направлены на достижение тесного сотрудничества между государством и церковью по определенным и точно сформулированным вопросам. При осуществлении договоров Ватикан и местные церкви опирались в первую очередь на «Католическое действие». Новые конкордаты показывают позицию папы в области политики: добровольное ограничение церковью своих политических интересов и деятельности для достижения союза с государственной властью. Политика конкордатов Пия XI походила на политику Григория XVI также и в том, что они оба лишали этим католиков способности бороться за свою веру и противостоять преследованиям. Исторические интересы папа принес в жертву сиюминутной победе.

Пий XI исходил из опыта XIX века, доверяя больше авторитарным режимам, чем либеральным государствам. Однако вскоре выяснилось, насколько сомнительными оказались политические ценности системы конкордатов, опиравшейся на эти режимы.

При Пие XI были заключены следующие конкордаты: в 1922 году с Латвией, в 1924 году с Баварией, в 1925 году с Польшей, в 1927 году с Румынией и Литвой, в 1928 году с Чехословакией (модус вивенди) и Португалией, в 1929 году с Италией и Пруссией, в 1935 году с Югославией и, наконец, в 1937 году с Эквадором (модус вивенди). Благодаря наличию прежних и вновь подписанных договоров Ватикан располагал широким кругом дипломатических отношений. В 1937 году (согласно папскому Ежегоднику) папские нунции действовали в следующих странах: Аргентине, Австрии, Бельгии, Боливии, Бразилии, Чехословакии, Чили, Колумбии, Коста-Рике, Никарагуа, Панаме, на Кубе, в Эстонии, Франции, Германии, Гватемале, Гаити, Гондурасе, Сальвадоре, Ирландии, Италии, Югославии, Латвии, Парагвае, Перу, Польше, Венгрии, Португалии, Румынии, Швейцарии, Венесуэле и Эквадоре.

Кризис конституционности и возможность создания корпоративного государства сформировали условия для достижения компромисса между папством и Итальянским государством. Пий XI с самого начала проявил понимание в отношении Муссолини и его партии. Придя к власти, Муссолини отказался от своих антицерковных позиций; главным образом после кризиса Маттеотти 1924 года отношения между Муссолини и церковью - даже несмотря на принципиальные оговорки, существовавшие с самого начала, - продолжали укрепляться. Новый режим быстро завоевал симпатии со стороны консервативной партии курий, ибо отверг все то, против чего церковь десятилетиями боролась с помощью «Non expedit!».

Одновременно с установлением тоталитарной фашистской диктатуры летом 1926 года начались переговоры, направленные на решение «римского вопроса». Со стороны Ватикана переговоры вел государственный секретарь Гаспарри, но важную роль в серии переговоров, состоявших из 110 заседаний и длившихся три года, играл юрист Франческо Пачелли, брат будущего папы Пия XII.

Три документа соглашения между итальянским правительством и Святым престолом подписали 14 февраля 1929 года в Латеранском дворце государственный секретарь Гаспарри и Муссолини. Латеранские соглашения - с изменениями по частным вопросам - действуют и в настоящее время. В соответствии с общим договором Италия признала суверенитет папы над так называемым государством-городом Ватикан. Тем самым было восстановлено Церковное государство площадью в полтора квадратных километра. Территория государства-города Ватикан (Stata della citta del Vaticano) включала собор Святого Петра, расположенные рядом с ним папские дворцы, Ватикан и Латеран, музеи и парки. Ватикан и Италия взаимно обменялись послами.

Конкордат означал, по сути дела, что «римский вопрос» закрыт. В 44 статьях он регламентировал отношения между государством и церковью, обеспечивал полную свободу церкви и объявлял католическую религию государственной религией. Святой престол имел право устанавливать отношения с духовенством и со всем католическим миром. Представители церкви освобождались от военной службы. Выбор личности архиепископа и епископа является прерогативой Святого престола, и если со стороны государства нет политических возражений, то они посвящаются в сан, но присягают затем непосредственно главе государства. Святой престол признает произведенную до сего времени секуляризацию церковного имущества. Государственные законы подлежат ревизии и должны быть согласованы с настоящим конкордатом. Церковное имущество освобождается от налогов. Государство признает законность церковного брака. В соответствии со статьей 43 государство признает организации, относящиеся к «Католическому действию». Однако церковь вновь запрещает всем священникам и монахам, функционирующим в Италии, вступать в какие-либо политические партии или участвовать в их деятельности.

Конкордат был дополнен специальным финансовым соглашением, согласно которому Италия обязалась выплатить Святому престолу 750 миллионов итальянских лир наличными и одновременно ассигновать пятипроцентный итальянский твердый государственный заем на сумму в один миллиард итальянских лир.

Благодаря Латеранским соглашениям было достигнуто полное взаимопонимание между фашистским государством и папой. Конкордат и финансовое соглашение обеспечили церкви большие выгоды, однако настоящий политический капитал нажил на этих соглашениях фашизм.

7 июня 1929 года была опубликована конституция государства-города Ватикан. Вооруженные силы нового государства предназначались скорее для зрелищ и для поддержания традиций. В государстве наряду с папской добровольной дворянской гвардией и дворцовой стражей существует также папская жандармерия, которая реально обеспечивает общественную безопасность. Раньше в Ватикане охрану несла папская стража, швейцарская гвардия, имевшая большое прошлое; ее численность колебалась в пределах 100-110 человек. (Гвардейцами могли стать лишь мужчины католического вероисповедания, законнорожденные, граждане Швейцарии, холостые, здоровые, ростом минимум 174 см, в возрасте от 24 до 30 лет.)

С 1870 по 1929 год Папское государство официально не существовало; таким образом, папы не имели и государственного флага. С 1929 года папское знамя представляет собой цветное полотнище, состоящее из двух разделенных по вертикали частей одинакового размера, одна из которых золотая, а другая серебряная. На серебряном поле - папский герб: трехвенцовая тиара с двумя перекрещенными ключами. Когда-то папский стяг объединял цвета Сената и города Рима: красный и желтый. В 1848 году цвета знамени были изменены на национальное трехцветье: зеленый - белый - красный. После возвращения папы из Гаэты папский герб вновь оказался на флаге. Знамя святой матери-церкви используется лишь во время больших праздников, например на празднике Тела Господня[53], однако оно было и на папском флагманском корабле во время морского сражения у Лепанто. Это - красное шелковое полотнище, двуконечное, с золотыми и красными кистями. На нем шесть звезд и папские ключи. (До 1870 года это был также военно-морской флаг папы.)

Восстановленное Папское государство имело право вручать высокопочитаемые во всем мире награды и ордена. Папа, будучи главой государства, присваивал также дворянские звания, титулы графов и маркграфов.

Апостольский Святой престол может награждать следующими пятью рыцарскими орденами и двумя медалями:

1. Ordine Supremo del Cristo (или Milizia di N.S.G.O.) - Высший орден Христа. Он был учрежден еще в 1319 году папой Иоанном XXII. Высшая награда папы. Имеет лишь одну степень; как правило, его вручают правителям. (К 1939 году этим орденом было награждено 39 человек, в том числе итальянский король Виктор Эммануил.)

2. Ordine dello Speron d'Oro (или Milizia Aurata) - орден Золотой шпоры. Время его учреждения теряется в тумане веков, но папа Пий Х восстановил его. Орден имеет только одну степень. Его обычно получали главы государств, правители, министры, политики. Орден, например, получили Муссолини, Дольфус. В числе первых Пием Х был награжден граф Нандор Зичи, а в 1939 году Пий XI наградил этим орденом главу венгерского государства Миклоша Хорти.

3. Ordine Piono - орден Пия: учрежден Пием IX в 1847 году. Орден имеет три степени: рыцарь большого креста, командор и рыцарь.

4. Ordine di San Gregorio Magno - орден Святого Григория Великого. Учрежден Григорием XVI в 1831 году. Имеет те же три степени, что и предыдущий; его могли получать как военные, так и гражданские лица.

5. Ordine di San Silvestro Papa - орден Святого папы Сильвестра. Этот орден был также учрежден Григорием XVI в 1841 году. В 1905 году орден был реформирован Пием X; имеет три степени.

Папскими наградами также являлись:

1. Почетный крест Pro Ecclesia et Pontifice, учрежденный папой Львом XIII, и

2. медаль Бенемеренти, как отличительная награда папы.

Значение юридически восстановленного Церковного государства особо подчеркнул папа Пий XI в своей энциклике «Quinquagesimo ante anno», опубликованной в конце 1929 года. Соглашение между Итальянским государством и папой действительно имело историческое значение. Из спора, длившегося с 1870 года, папство вышло без принципиальных уступок. Фашистское государство уплатило высокую цену за то, что смогло нажить конкретный политический капитал на соглашении, что, несомненно, способствовало укреплению положения Муссолини. На майских выборах 1929 года фашисты одержали внушительную победу.

Вскоре, однако, выяснилось, что полное согласие иллюзорно. Относившийся скептически к фашизму государственный секретарь Гаспарри в начале февраля 1930 года ушел в отставку. Его преемником стал берлинский нунций Эудженио Пачелли. Впервые папа столкнулся с фашистским тоталитаризмом на почве нарушения свободы «Католического действия» и монополизации воспитания молодежи. Против ущемляющих мер папа выступил с протестом в своей энциклике «Non abbiamo bisogno». Объектом критики папа сделал экстремизм фашистского режима, затрагивающий церковь, но Пачелли поспешил сгладить открытый конфликт. Он направил к Муссолини в качестве посредника ответственного за дела ватиканской печати иезуита Таччи Вентури. 2 сентября 1931 года мир уже был достигнут. Ватикан частично выполнил требования фашистов: католические общественные организации сохранялись лишь формально, и они были еще строже подчинены иерархии. (Духовенству и «Католическому действию» вновь было запрещено заниматься любой политической и общественной деятельностью.)

До 1937 года между Итальянским государством и папством мир казался нерушимым, ибо фашистский корпоративный режим многое перенял из того, что Пий XI излагал в отношении общества в энциклике «Quadragesimo anno». Они достигли согласия и в вопросе о деполитизации общества, причем возникла иллюзия, будто фашистское государство стало католическим государством. Этому способствовало также то, что как Пий XI, так и Пачелли были согласны с авантюрой Муссолини в Абиссинии.

Но поскольку в результате войны итальянский фашизм все более становился зависим от германского нацизма, в итальянском фашизме появились и нацистские элементы. Появление в Италии таких отвратительных явлений, как теория расизма и расовые законы, обусловило к концу жизни Пия XI возникновение нового конфликта. Папа усматривал в расистских законах нарушение конкордата, а в более широком смысле - и христианской морали. Расовые законы и их трагические последствия рассеяли иллюзию о том, что возможно внутреннее согласие между фашистским государством и католицизмом. Католицизм без отказа от своих основных принципов не мог примириться с фашизмом, означавшим самый крайний вариант национализма, основанный на расовой теории. Ведь христианство - со времен апостола Павла - представляло собой общечеловеческие начала, противоположные национальной узости, ненависти; поэтому уже по своей природе оно должно было выступить против расовой теории, против любой формы дискриминации.

Еще более критически сложились отношения Ватикана с Германией, а также с немецким фашизмом. Папскую политику в послевоенной Германии непосредственно осуществлял Эудженио Пачелли, бывший вначале нунцием в Мюнхене, затем в Берлине, а позднее ставший кардиналом-государственным секретарем. С самого начала его целью было заключение имперского конкордата, однако осуществить это до 1933 года, до перехода власти в руки нацистов, он так и не смог.

Приходу нацизма к власти способствовали буржуазные партии, в том числе и партия Центра. С 1928 года руководство партией перешло в руки консерваторов и становилось все более реакционным. Немецкий епископат в прошлом запретил католикам примыкать к нацистам, однако в 1931 году этот запрет был отменен (в связи с усилением влияния левых, коммунистов и социалистов). Идеи, изложенные в «Quadragesimo anno», были с радостью встречены руководством партии Центра, главным образом Папеном, с помощью которого Гитлер очутился в кресле канцлера. В Германии церковь большую опасность усматривала в «языческом большевизме», чем в «языческом нацизме». .

Гитлер пришел к власти 30 января 1933 года и сразу же предложил папе заключить имперский конкордат. Предложение было благосклонно воспринято в Риме. Весенние события в Германии весной 1933 года убедили курию в том, что нацизм и Гитлер являются непримиримыми противниками большевизма, а католицизм не затрагивают, скорее даже желают сотрудничать с ним.

Переговоры о конкордате со стороны Германии вел вице-канцлер Папен, а со стороны Ватикана - кардинал Пачелли, который учитывал также советы прелата Кааса, бывшего руководителя партии Центра. Соглашение было достигнуто весьма быстро. 20 июня 1933 года Папен и Пачелли уже подписали имперский конкордат. Таким образом, церковь признавала нацистский режим, обеспечивая тем самым права немецкой католической церкви. Со стороны Гитлера предварительным условием для заключения конкордата был роспуск партии Центра и остальных католических общественных и политических организаций. Все это составляло органичную часть «Gleichshaltung»[54]. В обмен на добровольное подчинение и самороспуск нацисты - на бумаге - обещали церкви полную свободу в области воспитания религиозности, религиозной морали. Имперское правительство было щедрым на уступки - бумага все стерпит; Пачелли был германофилом, а ватиканская дипломатия еще не встречалась с такой утилитаристской машиной, как нацистская администрация. Конкордат явился большим успехом Гитлера в области внутренней и внешней политики, но в то же время и трагическим заблуждением Пия XI и его государственного секретаря! С помощью конкордата Гитлер сломил сопротивление католиков внутри страны, с чем Бисмарку пришлось сражаться на протяжении десятилетий, а за пределами страны конкордат представил новый режим в пристойном виде. Немецкие католики с помощью папы стали лояльными подданными Гитлера.

В период между 1934 и 1937 годом Ватикан старался заставить Гитлера соблюдать договор, но без малейшего успеха. А когда наступил черед ликвидации школ, католической печати и организаций религиозно-морального характера - главным образом молодежного движения, - Пию XI ничего не оставалось, как выступить с публичным и торжественным протестом. Папа по настоянию Бертрама, Фаульхабера, Галена и других известных немецких епископов в конце 1936 года принял решение в специальной энциклике объявить перед всем миром обиды, нанесенные немецкой церкви, и торжественно осудить церковную политику нацистов. Энциклика на немецком языке «Mit brennender Sorge» от 14 марта 1937 года была в основном составлена архиепископом Кёльна, кардиналом Фаульхабером. В энциклике папа решительно и резко осудил «новоязычество» национал-социалистов, тоталитаризм, расовую теорию и расистские преследования, а также преследования религии и церкви. Хотя речь шла не о торжественном бичевании фашизма, тем не менее энциклика произвела весьма сильное впечатление. Со стороны фашистов она вызвала гневные нападки, а у антифашистов пробудила надежды. В мае 1937 года, выступая на конференции в Фульде, берлинский епископ граф Пройзинг предложил конференции немецких епископов объявить «Культуркампф» против нацистов. Большинство епископов, лучше знавших намерения папы, отклонило это логичное предложение не только потому, что боялось последствий конфронтации, но и потому, что идентичность основных политических интересов оказалась сильнее принципиальных разногласий.

Безусловным фактом является то, что конкордаты - главным образом в Италии, Германии и Австрии - в значительной степени способствовали укреплению фашистского государства. Как в 1801 году для Наполеона, так и для Муссолини и Гитлера намного важнее был сам факт заключения договора, признание, чем содержание конкордата. После того как папство ликвидировало католические политические и общественные организации, защищающие интересы католиков, реакционные власти получили свободу действий в отношении церкви и верующих. Конкордаты, заключенные с фашистскими правительствами, оказались хрупкими. Моральное оружие не остановило политиканов, выступавших с властных позиций, перед нарушением договоров.

Вскоре обнаружилось, насколько иллюзорными были надежды, что с помощью конкордатов и «Католического действия» можно-де сохранить влияние церкви. Европа фашистов коренным образом отличалась от Европы Меттерниха. Начиная со второй половины 30-х годов в нацистской Германии церковь была вновь оттеснена «в ризницу», в католическое гетто, в полном смысле этого слова. Иллюзия относительно конкордатов основывалась на вере, что в системе, централизованно управляемой из Рима, католики смогут сохранить свои особые позиции. В Ватикане не поняли опасность, проистекающую из такой изолированной системы. Созданная с помощью государственного секретаря Пачелли система ограничила и саму церковь, сделав ее снова неспособной положительно влиять на насущные вопросы эпохи.

Наиболее тяжелым последствием близорукой политики явилась оппозиция по отношению к антифашистскому Народному фронту. Принципиальное осуждение атеистов-коммунистов, составлявших часть этого движения, содержалось в энциклике «Divini redemptoris» от 19 марта 1937 года. Однако теоретическая и практическая позиция была сформулирована не только по отношению к Советскому Союзу, но в еще большей степени это было попыткой создать противовес успешной антифашистской политике Народного фронта. Энциклика появилась непосредственно в результате успехов Народного фронта в 1935-1937 годах во Франции и Испании. Но французское правительство Народного фронта не предпринимало никаких действий против церкви; более того, Французская коммунистическая партия, являвшаяся руководящей силой Народного фронта, продолжала вести политику, направленную на сотрудничество с католиками. Таким образом, отношения на уровне правительств тоже не претерпели изменений во времена Народного фронта. Однако подобное поведение французских коммунистов и социалистов не было повсеместным. Так, пришедший к власти в 1936 году испанский Народный фронт провел целый ряд антиклерикальных и антицерковных мероприятий. Ватикан считал правительство испанского Народного фронта создателем очага коммунизма и поэтому с самого начала стал на сторону Франко и фалангистской партии. Испанские события лишь вновь убедили папу в том, что парламентская демократия не способна воспрепятствовать социалистической революции и что последнюю могут остановить лишь основанные на авторитарных принципах, почти диктаторские буржуазные режимы. Это служит объяснением тому, что в 1937 году папа Пий XI осудил как коммунизм, так и фашизм за их враждебное отношение к церкви и религии.

Энциклика «Divini redemptoris» была вызвана не только антикоммунизмом, но и паническим ужасом, ибо, как считал папа, возникла страшная угроза вероятности коммунистической мировой революции: после Советского Союза к власти могут прийти коммунисты в Мексике, Франции и Испании. Такая сознательная или неосознанная фальсификация сути антифашистского Народного фронта была порождена стремлением Ватикана удержать католиков от демократической сплоченности, от союза с революционными силами. Энциклика явилась тяжелым ударом по тем прогрессивным католическим силам, которые, исходя из христианских принципов, считали возможным, более того, необходимым добиваться сплочения с Народным фронтом. Энциклика категорически исключала возможность такого сплочения: «Будьте осторожны, Достопочтимые Братья, чтобы верующие не оказались обманутыми. Семена коммунизма плохие. Ни в каких сферах с ним нельзя сотрудничать, если мы хотим спасти христианскую культуру» (подчеркнуто мной.- Е. Г.). Таким образом, основная цель состояла в том, чтобы отделить от Народного фронта католические массы, удержать их от присоединения к нему и тем самым воспрепятствовать их участию в борьбе с фашизмом.

После того как Пий XI в энциклике «Mit brennender Sorge» выступил с протестом против преследования немецкой католической церкви, заклеймил тоталитарные системы и осудил расистские законы и расовые преследования, во всем мире это пробудило большие чаяния и надежды. В 1938 году папа создал комиссию, состоящую из теологов, для разработки проекта энциклики, осуждающей расовую дискриминацию и антисемитизм. Это не могло не вызвать в кругах Ватикана впечатления, что Пий XI намерен более решительно выступить против нацизма и фашизма, более четко отмежеваться от фашизма. Подходящим для этого поводом могла бы явиться 10-я годовщина подписания Латеранских соглашений (11 февраля 1939 года). Однако люби вший юбилеи тяжело больной папа унес свои намерения и планы с собой в могилу; 10 февраля он скончался, и осуждение не состоялось. (Скорее порождением фантазии журналистов, чем реальным ходом событий, можно считать версию, согласно которой папу убил, сделав ему по поручению Муссолини смертельный укол, домашний врач Пия XI доктор Петаччи. Якобы дуче хотел таким образом сорвать запланированную папой акцию. Действительно, доктор Петаччи был отцом любовницы Муссолини - Клары Петаччи; по всей вероятности, Петаччи, находясь в окружении папы, шпионил в пользу фашистов.)

Несмотря на конфликты с фашизмом, папа Пий XI, главным образом под воздействием Пачелли, считал, что споры представляют собой лица внутренние раздоры в лагере борцов против коммунизма. Главными силами мировой борьбы против коммунизма Ватикан считал фашистские диктатуры, и в первую очередь Германию. И прежде всего ради этого он был готов предоставить моральную и идеологическую поддержку со стороны церкви. Такой основной общностью интересов можно объяснить одобрение папой агрессии в Абиссинии, итальянской и германской фашистской агрессии в Испании и, наконец, молчаливое одобрение в марте 1938 года нацистского аншлюса Австрии, желающей осуществить концепцию «Quadragesimo anno». На евхаристическом конгрессе 1938 года в Будапеште легат Пачелли провозгласил дух примирения в интересах готовящегося мюнхенского соглашения, что в той ситуации лишь ободрило агрессоров. Мюнхенское соглашение в Ватикане восприняли как средство избежать войны. Однако новое разочарование уже не постигло Пия XI. Когда папа лежал на катафалке, сапоги солдат вермахта уже гулко стучали по мощеным улицам Праги.

Ссылки по теме
Форумы