Православные братства

К оглавлению


В 1458 г произошло разделение Русской Митрополии на две — Московскую и Киевскую (Литовско-Галичскую). Православные христиане, жившие на землях, вошедших в состав Литвы и Польши, издавна организовывали при храмах объединения, получившие названия братств. Подобные братства как бытовая корпоративная форма общины существовали в среде немецких ремесленников на юридической основе Магдебургского права. Появились они и в западной Руси и вскоре стали служить объединению православного населения, явились его естественной опорой при защите Православия (125).
Целью таких братств, или церковных общин, являлись: защита православной веры и чистоты христианской нравственности; обеспечение и поддержание православных храмов и духовенства; учреждение школ и типографий для печатания книг; уход за престарелыми и больными и т. д. Братства имели свои храмы, а небольшие братства — приделы в церквах; регулярно осуществлялся сбор пожертвований на нужды братств. В определенное время (до 4 раз в году) происходили собрания братств, на которых обсуждались текущие дела общины.
Принято считать, что учреждение братств происходило во второй половине XVI в., но есть сведения, что некоторые братства получили начало гораздо раньше. Так, Луцкое братство было первоначально основано около 1439 г, а Виленское — около 1458 г. Увеличение числа братств началось с того времени, когда была заключена Люблинская уния (1569 г.) и стало очевидным, что католическое правительство, вдохновляемое иезуитами, стремится подчинить западнорусскую Церковь и православный народ Риму. Подъем церковно-приходской жизни ранее всего обнаружился в Галичине, где католическое влияние чувствовалось сильнее всего.

Львовское братство

Первым выступившим на поприще общественно-церковной деятельности в качестве признанного и утвержденного церковной властью было Львовское братство. Оно было образовано в 1453 г. (в год падения Константинополя), в него вошли прихожане всех 8 львовских приходских храмов с центром при Успенской церкви. Под 1463 г. в летописи Львовского Ставропигиального братства сообщается, что в том же Львове существовало и другое православное городское братство.
Активность львовских православных мирян продолжала возрастать. В 1542 г. при львовском Благовещенском храме было учреждено еще одно православное братство, и 18 февраля 1544 г. епископ Львовский и Каменец-Подольский Макарий утвердил решение о его образовании и дал братству грамоту.
В 1585 г. во Львов прибыл Патриарх Антиохийский Иоаким, который осуществлял сбор средств на поддержание храмов и православного духовенства в Сирии. Некоторое время он жил во Львове при храме Успения Пресвятой Богородицы. Пользуясь этим обстоятельством, прихожане Успенского храма просили Патриарха Иоакима благословить Устав деятельности братства. Предстоятель Антиохийской Церкви благословил их намерение и 1 января 1586 г. утвердил Устав братства.
В Уставе Львовского братства, утвержденном Патриархом Иоакимом, предписывалось, «чтобы всякое где-либо основанное братство сообразовалось с постановлениями братства Львовского».

Виленское братство

В помощь Львовскому братству для защиты Православия в те годы выступило другое церковное братство — Виленское, действовавшее на севере Киевской митрополии. Оно было основано около 1458 г., а в 1509 г., вскоре после того как православный митрополит Иосиф II Солтан (1507—1521) получил формальное поставление на Киевскую кафедру, к нему обратились по неотложным делам православные жители Вильно, называвшие себя «нашего православного христианства, греческого закона братством дома Пречистой Богоматери». Впоследствии оно, как и Львовское братство, направило свою деятельность на защиту Православия от униатского влияния.
В 1584 г. митрополит Онисифор (1579—1589) утвердил Устав Виленского братства, а в 1588 г. Патриарх Константинопольский Иеремия II предоставил Виленскому, а также Львовскому братствам право ставропигии, т. е. независимости от власти местного епископа. Для того времени это было своевременным шагом, так как впоследствии эти братства успешно отстаивали чистоту Православия даже в тех случаях, когда некоторые православные епископы в силу различных обстоятельств склонялись к принятию унии.
Патриарх Иеремия посетил западнорусскую Церковь в 1588 г. по пути в Москву. В то время он пробыл здесь недолго, но на обратном пути из Москвы остался на более продолжительное время. Король Сигизмунд Ваза разрешил Патриарху при проезде через литовско-русские земли осуществлять канонические действия в отношении местного православного духовенства. Патриарх Иеремия пробыл в Киевской митрополии до середины ноября 1589 г., а затем отбыл в Константинополь .
Благосклонное отношение короля Сигизмунда Вазы (1587—1632) к Патриарху Иеремии было использовано православными для укрепления своих позиций. В 1589 г. Виленское братство добилось получения королевской грамоты, утверждавшей с братством право управления через избираемых старшин, а также право содержать больницы, духовные училища и типографии. Виленское братство вступило в общение со Львовским, обменивалось с ним своими печатными изданиями и получало от него наставников и учителей. Королевская грамота, утверждавшая статус Виленского братства, вскоре дала братству возможность энергично противостоять унии.
В те годы Виленское братство находилось при Свято-Троицком монастыре, но в 1609 г. униатский митрополит Ипатий (Поцей) отобрал у православных Троицкий монастырь и передал его униатам, назначив на место низложенного архимандрита Самуила (Сенчилы) униата Вельямина Рутского. Теснимое униатами православное братство ушло из Троицкого монастыря на противоположную сторону улицы, к недавно построенной там же Свято-Духовской церкви. Вскоре при Свято-Духовом монастыре братство устроило типографию.
Судьба этого монастыря была тесно связана с судьбой православного братства в Вильно. С 1610 г. Виленское братство имело защиту в лице князя Христофора Радзивилла (реформата по вероисповеданию) и в течение десяти лет обращалось к нему за помощью во всех своих нуждах. Первым настоятелем монастыря, ректором основанной при нем школы был архимандрит Леонтий (Карпович), из образованных иноков Киево-Печерского монастыря. Известна его ревность о распространении просвещения в Вильне и вообще в западнорусской Церкви.
В 1620 г., во время пребывания в Киеве, Патриарх Иерусалимский Феофан утвердил Устав Виленского братства, который потом стал образцом для уставов вновь образовавшихся братств. Но активная деятельность братства постепенно была ослаблена влиянием распространявшейся унии. После 1632 г. почти не встречаются сведения о его деятельности. Но Свято-Духов монастырь, оставшийся верным Православию во время господства унии, был опорой для православных христиан всего северо-западного края и в настоящее время успешно продолжает свое служение.
Что же касается деятельности Виленского братства, то его борьба с унией и протесты против изменивших Православию архипастырей, богословская полемика с униатскими деятелями и труды на пользу просвещения являют собой одну из важных страниц в истории не только литовского края, но и всей западнорусской Церкви.

Могилевское и Брестское братства

Число православных братств особенно увеличилось с начала 1590-х годов. Причиной этого процесса было стремление противостоять намерению некоторых местных епископов принять унию с Римом, а затем и их участию в принятии акта о заключении Брестской унии (1596 г.). В то время образовались братства: Могилевское (1589 г.), Брестское (1591 г.), Минское (1592 г.), Бельское и Люблинское (1594 г.).
Возникновение Могилевского Спасского братства совпало по времени с пребыванием в западной России Патриарха Константинопольского Иеремии, от которого в июле 1589 г. братство получило Благословенную грамоту. К 1602 г. относится грамота Сигизмунда III, также утверждавшая в Могилеве братство при храме «Светого Въехания Господня» (т. е. «Входа Господня в Иерусалим». — Ред.). В 1618 г. на кафедру архиепископа Полоцкого, Витебского и Мстиславского вступил ярый униат Иосафат (Кунцевич). Он начал с того, что отобрал у братства Спасский монастырь, но имевшуюся при нем школу православные отстояли и удерживали за собой до 1624 г.
В 1633 г. Могилевское братство приступило к сооружению новой церкви и монастыря. С историей этих построек связывается дальнейшее существование братской школы, которую Владислав IV (1632—1648) разрешил строить на этом месте.
Бедствия претерпели и члены Брестского православного братства, основанного по благословению епископа Владимирского и Брестского Мелетия (Хрептовича) при соборном храме святителя Николая. В 1591 г. король Сигизмунд III даровал братству грамоту, подтверждавшую статус братства и основанной при нем школы. Но в 1597 г. униатский митрополит Ипатий (Поцей) отнял у Брестского братства школу. При Владиславе IV брестские православные жители вновь учредили братство при храме Рождества Пресвятой Богородицы. В 1641 г. король подтвердил его права и позволил при этой церкви открыть «школу языка русского и польского».
Польские короли считали братства как бы представительствами всего православного народа в юго-западной Руси и потому приглашали братчиков на сеймы по делам всего православного населения и нередко обращались к ним в случаях особой важности. Так, король Владислав IV предлагал на обсуждение православному духовенству и братствам Львовскому и Виленскому проект об избрании Патриарха для юго-западной Руси, подобно Патриарху Московскому. В XVII в. польские короли своими грамотами провозглашали свободу православной веры, но в то же время реальное исполнение таких постановлений откладывалось от одного сейма до другого. Брестское и Могилевское братства продолжали свидетельствовать об истинах Православия в униатском окружении.

Минское и ряд других братств

В 1592 г. указом короля Сигизмунда III жителям Минска было разрешено при соборной школе основать православное братство. «Братству позволяем для науки деток малых школу мети и там детей письма греческого и русского учити давати», — говорилось в королевском указе.
Сообщений о деятельности Минского братства сохранилось немного, одно из них относится к 1601 г. Возрождение его деятельности началось в 1613 г., когда братство обосновалось при устроенном годом раньше Петропавловском монастыре. Через 20 лет оно уже значительно окрепло и, согласно грамоте короля Владислава IV, уже имело разрешение на устройство типографии.
Накануне введения Брестской унии число православных братств еще более возросло. Так, на Брестском Соборе 1594 г. среди прочих участников были представители не только Виленского, Львовского, Брестского братств, но и других, ранее в документах той эпохи не встречавшихся: Красноставского, Гольшанского, Городецкого, Галичского, Бельского и «многих других». Следовательно, к тому времени братства стали широким явлением в жизни Киевской митрополии.
А еще через несколько лет в западнорусской Церкви образовались либо возродились еще несколько православных братств, также деятельно противостоявших униатскому влиянию. Это были такие братства, как Санокское (1600 г.), Замостское (1606 г.), Киевское (1615 г.), Луцкое (1617 г.), Винницкое, Немировское, Белиловское, Пинское, Кременецкое.
Примечательна история образования братства в Замостье, где была знаменитая крепость — владение графов Замойских, ставшая в конце XVI в. одним из центров православного просвещения. В 1589 г. в Замостье долгое время жил Патриарх Константинопольский Иеремия, пользовавшийся гостеприимством графов Замойских. К тому же времени относится построение в Замостье двух церквей: Вознесенской — в предместье и Никольской — в самой крепости. Никольской церковью совместно владели русские и греки, жившие в Замостье и занимавшиеся торговлей. При каждой церкви были братства.
В 1606 г. епископ Львовский Гедеон (Балабан) утвердил Устав Никольского братства и дал Благословенную грамоту младшему при той же церкви братству, названному в честь Покрова Пресвятой Богородицы. В 1615 г. Патриарх Иерусалимский Феофан IV грамотой благословил братство при церкви Святителя Николая и дал ей право ставропигии.
Замостская ставропигия была оплотом Православия в Холмской епархии до конца XVII в. и находилась в юрисдикции Патриарха Константинопольского, а в 1698—1706 гг. при деятельном участии владетельницы Замостья, ревностной католички Анны Замойской, со всем своим округом приняла унию.

Киевское братство

Православное Богоявленское братство в Киеве было учреждено сравнительно поздно — в 1615 г., но есть сведения, что его первоначальное основание относится к 1589 г. Оно имело тесные связи с Киево-Печерским монастырем, поскольку инок этой обители Исайя (Копинский) был избран главой братства, обосновавшегося при Киевском Богоявленском монастыре.
При помощи запорожского казачества в полном составе во главе с гетманом Петром Сагайдачным, вступившим в 1615 г. в состав братства, братство долгое время сохраняло за православными почти все киевские храмы. При братстве была учреждена школа; ее первым ректором был священник Воскресенского храма Иван Борецкий, через два года принявший монашество с именем Иов. Знаменитый архимандрит Петр Могила, впоследствии митрополит, став настоятелем Киево-Печерской Лавры, имел намерение открыть еще одну школу, но тогдашний митрополит Киевский Исайя просил его не устраивать особого училища, а соединить его с братской школой. В 1631 г. архимандрит Петр Могила исполнил эту просьбу, а вскоре, став митрополитом Киевским, дал училищу утвердительную грамоту и начал называть его коллегией. Так было положено основание будущей Киевской Духовной Академии, в течение многих лет возглавлявшей целое направление в богословии и выступавшей против унии.

Луцкое братство

Среди братств, значительно умножившихся на Волыни для защиты Православия после Брестской унии, первое место принадлежало основанному в 1617 г. братству святого Креста в Луцке. 20 февраля 1619 г. король Сигизмунд III дал местному православному братству разрешение на возведение храма, школы и богадельни. 20 июня 1620 г. Патриарх Иерусалимский Феофан дал братству Благословенную грамоту и право ставропигии. Тогда же право ставропигии было дано Слуцкому Преображенскому братству. Кроме того, в 1623 г. Патриарх Константинопольский Кирилл Лукарис (1621—1638) соборной грамотой подтвердил право ставропигии и утвердил Устав Киевского Богоявленского братства.
Установление ставропигии успешно оправдывало себя после введения унии, и недаром униат епископ Луцкий Кирилл (Терлецкий; 1585—1607) в свое время с досадой говорил о Патриархе Константинопольском Иеремии: «...уставил братства и ставропигии, дабы наши овцы не повиновались нам».
Но, несмотря на это, по поводу такого независимого положения братств порой высказывали неудовольствия и некоторые православные архипастыри. В 1626 г. ерхиепископ Полоцкий Мелетий (Смотрицкий) с ведома и согласия митрополита Иова представил Патриарху Константинопольскому соображение о неудобствах такого положения дел, вследствие чего Патриарх Константинопольский Кирилл Лукарис грамотой от 9 декабря того же года упразднил ставропигии всех братств в Киевской митрополии, кроме Львовского и Виленского. Впоследствии, в 1633 г., право ставропигии было дано Могилевскому братству.
Луцкое братство несколько десятков лет противостояло унии, и лишь в начале XVIII в. оно прекратило существование вместе с православной Луцкой епархией (Братским монастырем завладели базилиане). Это владение монастырем продолжалось до самого воссоединения Волыни с Россией в 1793 г. Тогда же Луцкий базилианский монастырь снова был передан православным.
Вплоть до 1686 г. высший надзор за всеми братскими школами осуществляли Патриархи Константинопольские и митрополиты Киевские. Они оказывали покровительство братским школам и следили за тем, чтобы школы оставались верными духу Православия. Братства старались не только укрепить в своих питомцах православные убеждения, но и дать им знания по тем предметам, которые могли быть полезны и для общего их развития, и для служения обществу и государству.
В 1687 г. Киевская митрополия перешла из Константинопольской Церкви в юрисдикцию Московского Патриархата. Но и после этого в течение ряда лет участие мирян в церковных делах не ослабевало. Они активно участвовали в совещаниях на Соборах, совместно с иерархами и клиром избирали митрополитов вплоть до 1722 г., когда архиепископ Киевский был избран Святейшим Синодом Православной Церкви. Точно так же члены братств выбирали настоятелей братских обителей, иноки Киево-Печерской Лавры и других ставропигиальных монастырей выбирали себе архимандритов.
И хотя с развитием сети государственных школ постепенно стала уменьшаться роль православных братств в просветительской сфере, они по-прежнему сохраняли свое значение в деле ограждения православных христиан от униатского влияния, в чем и заключается их историческая заслуга перед Русской Православной Церковью.

Ссылки по теме
Форумы