Киевская митрополия в XVI в.

К оглавлению


В 1501 г. произошло объединение польской и литовской корон и единым монархом стал Александр с титулом «короля Польского и великого князя Литовского». После смерти митрополита Иосифа (Болгариновича) митрополитом Киевским был назначен Иона II (1503—1507), бывший архимандрит Минского Вознесенского монастыря, духовник княгини Елены. Митрополит Иона был весьма активен в защите Православия, в его правление исчезли все следы унии.
В конце XV — начале XVI в. между Литвой и Москвой произошли военные столкновения: первое — в 1492—1494 гг., второе — в 1499—1503 гг., третье — в 1507—1508 гг. Во время перемирия 1503—1507 гг. положение русского населения Литвы улучшилось. Король Александр, обеспокоенный отъездом православных князей из приграничных земель в Московию, решил проявить благосклонное отношение к Православию. Так, он выделил большие земельные наделы Гродненскому Борисоглебскому монастырю, Киевскому Пустынскому монастырю и другим обителям.
16 июля 1503 г. были подтверждены все права Витебска с сохранением права перехода его жителей из католичества в Православие. 1 марта 1505 г. король Александр дал жалованную грамоту Смоленску. В ней подтверждались все права города, и прежде всего непритеснение из-за православной веры и невмешательство в жизнь монастырей. Ранее, около 1500 г., православный князь Александр Иоаннович Ходкевич основал Супрасльский Благовещенский монастырь, причем сам король (а тогда — великий князь) Александр написал грамоту Патриарху Константинопольскому, испрашивая благословения на новосозданную обитель и на ее строителя.
После смерти Александра в Вильно (1506) польско-литовским королем стал его родной брат Сигизмунд (1506—1548). Он не ограничивал прав юго-западной Церкви на протяжении всей своей жизни, за исключением последних лет его правления. Православной княгине Елене, вдове Александра, он дал в пожизненное владение г. Бельск. Благосклонное отношение Сигизмунда к Православной Церкви выразилось в пожертвованиях («наданьях») Спасскому и Иоанно-Богословскому монастырям в Смоленске, Киевскому Никольскому Пустынскому монастырю, в заботах о православном населении Луцка. Сигизмунд пожаловал защитнику Православия князю Константину Иоанновичу Острожскому богатый Жидичинский монастырь в Гродно и ряд других поместий, в том числе и замок в Дубне.
После смерти митрополита Ионы II митрополичий престол занял епископ Смоленский Иосиф II (Солтан; 1507—1621), один из виднейших иерархов западнорусской Церкви в ее доуниатский период. Получив в 1509 г. патриаршее подтверждение из Константинополя, он созвал в Вильно в том же году Собор западнорусских епископов. Задачей Собора было суждение «о церковных вещех и об исправлении дел духовных». В заключительном постановлении Собора содержалось важное решение о защите Православия. В случае опасности, говорилось в решении, необходимо «съехаться на собственный счет к митрополиту и бить челом государю и непоколебимо стоять, чтобы закон нашей православной веры не был нарушен».
Важное решение было принято в том же 1509 г. и в отношении Православия на Галичине. В отличие от стремления польских королей XIV столетия иметь в Галичине особую митрополию правительство Сигизмунда предпочитало эту русскую православную цитадель держать без епископского возглавления, под контролем польской католической администрации. Но для возвышения Киевской митрополии, центр которой переместился в столицу Литвы — Вильно, было естественно установить свой контроль над церковными делами и Галичины. Митрополит Иосиф II (Солтан) использовал для этого свои заслуги и авторитет перед польско-литовским правительством, чтобы в том же 1509 г., когда он получил подтверждение на свое поставление от Константинополя, испросить у короля Сигизмунда позволения именоваться «Киевским, всея Руси и Галицким».
Этот титул был утвержден, но Сигизмунд, украшая митрополита Киевского званием «и Галицкого», одновременно пресекал ему путь к полноте церковной власти в Галичине. Но тем не менее доныне этот титул сохранился за митрополитом Киевским и после того, как спустя 180 лет Киевская митрополия была возвращена Константинополем Московскому Патриархату.
Несмотря на многие привилегии, которыми пользовались православные во время правления Сигизмунда, римско-католическое влияние в польско-литовских землях по-прежнему имело место. В западнорусских богослужебных книгах — чиновниках того времени сохранились тексты епископской присяги, где, в частности, говорилось: «Не хотети ми приимати иного митрополита, разве кого поставят из Царяграда, как то изначала есмо прияли». Это положительное утверждение подразумевало ограждение Киевской митрополии от римско-униатских претензий.
Вводя унию, а затем и католичество, польско-литовское правительство встретилось с так называемым «правом патроната», одной из тех прерогатив польско-литовских князей, которая так часто связывала начинания правительства и ставила преграды его униатским претензиям. Право патроната заключалось в том, что какой-либо храм или монастырь, построенный на средства местного князя, считался, в сущности, его собственностью, а затем и его потомков. Он назначал туда священников и был хозяином церкви и прихода.
Православные епископы смотрели на это право неодобрительно, как на вмешательство мирян в дела Церкви. Но для поддержки и защиты Православия патронат частных лиц, на который не могло посягать правительство, оказывал в то время благоприятное влияние, тем более что тогдашние православные князья отличались глубокой искренней религиозностью и не стремились к унии. Особенно сильным было влияние патроната в областях полусамостоятельных князей — Пинских, Слуцких, Кобринских, Мстиславских. Так, если в Вильно из-за запрещения строить и ремонтировать церкви Пречистенский собор 6 лет оставался без крыши, то патроны спокойно строили даже монастыри: в 1490 г. князь Феодор Михайлович Чарторыйский основал Клеванский монастырь; примерно в то же время Иосиф Солтан основал Жировицкую Успенскую обитель и т. д.
Но на Соборе, созванном митрополитом Иосифом II в Вильно, было решено ограничить право патроната в пользу высшего духовенства. В той сложной обстановке этот шаг оказался неполезным. Впоследствии успех введения Брестской унии (1596 г.) во многом зависел именно от усиления власти высшей проуниатской иерархии за счет повышения влияния рядового духовенства и от ослабления патроната.
Но и после 1509 г. влиятельные защитники Православия успешно действовали на пользу южнорусской Церкви, пользуясь благорасположением Сигизмунда. Так, в 1513 г., отменив запрещение Казимира, Сигизмунд разрешил князю Константину Иоанновичу Острожскому, верно служившему ему на воинском поприще, построить каменные церкви в Вильно — Троицкую и Никольскую.
В 1523 г. король Сигизмунд по просьбе Константина Острожского дал разрешение игумену Макарию восстановить Киевский Михайловский Златоверхий монастырь, опустошенный еще в 1240 г., и учредить в нем монашескую общину. Сам король в ряде случаев являлся фундатором святынь православных (или, как их называли католики, «схизматиков») и заботливым охранителем их интересов. Благодаря ходатайствам Константина Острожского (1530) было твердо определено юридическое положение Православной Церкви в Литве, до него являвшееся весьма неопределенным. Князь Константин Острожский содействовал материальному обеспечению церквей, укреплению религиозного сознания и поднятию благочестия православных христиан. Всего за время деятельности Константина Острожского Православная Церковь в Литве получила более 20 грамот, расширявших и утверждавших ее права. Возможно, что именно Константин Острожский содействовал открытию в Вильно (1524 г.) типографии, первой в Литве, откуда вышли книги, напечатанные Франциском Скориной.
Князь Константин Острожский скончался в 1530 г. и был погребен в Киево-Печерском монастыре. Впоследствии его сын князь Константин Острожский продолжил дело отца по защите Православия в юго-западных землях.
Дальнейшая история Православия в Польско-Литовском государстве связана с деятельностью митрополита Макария II (1534—1556). В те годы продолжался процесс постепенной ломки старого уклада жизни, старых традиций, утверждались латинско-польские начала, которые господствовали и заменяли собой начала греко-русские; культура католического Запада заменяла культуру православного Востока.
В тот период в западнорусской Церкви были созваны несколько Соборов «к постановлению веры и закону христианского». Они обычно проходили в Вильно (1546, 1559 гг.).
Важным событием для православных явился 1563 год, когда король Сигизмунд II Август (1548—1572) дал грамоту литовскому и русскому дворянству православной веры и всех христианских исповеданий «о сравнении сего сословия в правах с дворянами Польского королевства, исповедующими веру римско-католическую». Это право было подтверждено в 1565 и 1568 гг.
Православные христиане добились этого права, отстаивая совместно с протестантами свободу вероисповедания на Виленском (1563 г.), Гродненском (1568 г.) и Варшавском (1575 г.) сеймах.
После заключения государственной Люблинской унии 1569 г. Киевское воеводство было отделено от Литвы и присоединено к Польскому королевству. Находясь под польским управлением, Киев не играл политической роли, но по-прежнему сохранялось его церковно-религиозное значение ввиду существования в городе Киевской кафедры православных первосвятителей и почивавших в нем останков древних русских князей-первосвятителей и иных подвижников веры и благочестия. К этому впоследствии, в XVII в., присоединилась слава знаменитого православного училища, ставшего центром просвещения всей юго-западной Руси.

Ссылки по теме
Форумы