Алпатов С. В. «Ведомость из Ада»: Судьбы европейской сатиры в отечественных религиозных субкультурах XVIII–XX веков

Известная рукописная сатира «Ведомость из ада» (варианты заглавий «Газета из ада», «Газета с того света», «Адские газеты»), введенная в научный оборот А. Н. Афанасьевым[1], устойчиво ассоциировалась у исследователей XIX – начала XX в. со старообрядческой средой[2]. Вместе с тем ряд публикаций 1870–1900-х гг., рассеянных по специальным и популярным периодическим изданиям, указывают на широкое распространение списков сатиры среди солдат, мещан и крестьян канонической вероисповедальной принадлежности[3]. Однако мнение о «раскольничьем» происхождении сатиры было настолько прочным, что А. Гациский, публикуя в 1886 г. 2 нижегородских списка («городской», полученный от букиниста Д. Л. Дивеева, и «уездный», присланный сельским учителем Ф. И. Маракиным)[4], поддерживает расхожую версию об иргизских корнях сатиры[5] (вопреки отмеченному им факту, что «в среде нижегородского люда полагали, будто «Адская газета» сочинена в Городце»[6]).

Сомнения в исключительно старообрядческом генезисе «Ведомости из ада», возраставшие по мере накопления свидетельств о бытовании текста в других религиозных субкультурах, получили дополнительную аргументацию в работах филологов середины XX в., указывавших на нетрадиционную для старообрядческой книжности поэтическую форму («форма сатиры – ритмическая проза – сближает ее с лубочной и рукописной литературой второй половины XVIII в.»[7]), а также на разночтения содержательного характера («судя по тому, что во главе грешников всюду ставятся здесь представители духовенства, можно было предположить, что сатира возникла среди старообрядцев, однако в ряде списков среди грешников находятся и раскольники»[8]). Во 2-й половине XX – начале XXI в. были введены в научный оборот и систематизированы полевые находки списков и фиксации устных вариантов «Ведомостей из ада», принадлежавших как старообрядческой, так и иным религиозным субкультурам[9]. Вместе с тем ряд ранее указанных[10] и новонайденных архивных источников[11] нуждается в дальнейшем изучении и публикации.

Несмотря на значительное варьирование объема, состава и композиции, а также образно-стилевого оформления сатиры, «Ведомость из ада» воспринимается большинством исследователей как целостное текстовое образование. Очевидно, что и многочисленные читатели, пересказчики, переписчики-редакторы опознавали в каждой из версий (вне зависимости от степени редукции или амплификации) некий сюжетный и жанровый инвариант.

Прецедентный характер «Ведомости из ада» подтверждается созданием в середине XIX в. пародии на старообрядческие обличения последних времен – по образцу «адских газет»: «Посли ацких газет // Пришло известие на свет // От Федора диякона // Да протопопа Аввакума, // От Никиты мниха, // Которы соблюдали обряды свои очень лихо… // Пишут три попа из ада, // Какая будит раскольником награда… // По солнышку мы крещены, // А во ад глыбоко затащены. // Табаку ни нюхали, ни курили, // А глыбже всех во ад затурили»[12].

Характерно, что старообрядческие пародии на «никонианские» проповеди берут за образец другой тип раешного стиха, а именно выкрики балаганных «дедов»: «Доброго здоровья, // Молодчики-хваты, бедны и богаты, // Купцы и крестьяне, разные селяне! // Я пришел в раешник, кой на что дотошник, // Раек принес новой из доски дубовой, // Мной самим сколочен, верх позолочен. // И в райке картинки, старые старинки // Лет уже за двести, а с ними же вместе // Есть и помоложе, но на то ж похоже, // Одного сюжету в назиданье свету… // троеперстием креститесь, // Без земных поклонов на постели молитесь, // Очень ведь доходно, потому что модно – по-новому!.. // Так вы и займитесь, по модному креститесь, // Потому нарядно и очень парадно // Тремя-то перстами, точно как шестами, // Кое-как махати, грекам подражати – спасительно!»[13]

И читателями, и исследователями сатиры в качестве первоисточника «Ведомости ада» единодушно указывается журнал Ф. Эмина «Адская почта» (1769 г.): «Я ведь не монах, живу в мирских суетах. У меня есть Адская почта, истории и арабские сказки»[14]. «Пародирующие “Адскую почту” (сатирический журнал XVIII в.) “Ведомости из ада” представляют резкую сатиру на господствующие классы»[15].

Между тем установленный В. Д. Раком французский оригинал журнала Эмина – серия памфлетов Э. Ленобля «Диалоги между бесом хромым и бесом кривым» (1708 г.)[16] – заставляет с большой осторожностью рассматривать «Ведомость из ада» как непосредственное выражение критики общественных и нравственных пороков с позиций той или иной социальной группы российского общества. Кроме того, сопоставление текста сатиры и журнала Ф. Эмина показывает, что импульсом для возникновения рукописного памфлета мог послужить лишь июльский номер «Адской почты», содержавший «ведомости из присоединенных к аду провинций»:

«Вчера к вечеру прибыл к нам из ада его Святейшество папа, которого велено держать под крепким присмотром, дабы назад во ад не возвратился; при всем том приказано его содержать великолепно, как того знатность его особы требует. Для делания разных на его стол напитков, привезено из ада несколько тысяч бочек смолы и несколько сот анкорков соку из аконита, из которого для его Cвятейшества будет сделан преизрядный бишоф. Причина папской ссылки следующая. Как был его Святейшество представлен их адским светлостям Плутону и Прозерпине, то уведомил сих владетелей о своем чине, потом и о могуществе, которое имел на свете, сказав, что он, живучи в Риме, имел власть продавать и царство небесное. Плутон, сие услышав, вздрогнул на своем огненном престоле и с гневом сказал папе: “Когда ты мог продавать Царство небесное, то и мое здесь кому-нибудь продать или заложить, либо на аренду отдать отважишься”… Славный откупщик разных напитков прислал сюда своего приказчика, который живет в нашем предместии и хочет все адские горючие вещества откупить, дабы оными всех подданных Плутоновых довольствовать и нажить себе от того великую прибыль. Однако ж ему адское правление в том отказало. Он бы и наших всех приказных людей весом денег перетянул на свою сторону; но та беда, что к нам приходят все голяки и не привозят с собою денег, на которые едва бы и наш адский житель не полакомился»[17].

Обыгрываемые Эминым топосы предварительной «покупки» себе места в аду / желания «взять весь ад на откуп», действительно, стали ключевыми мотивами «Ведомости из ада», регулярно воспроизводимыми на протяжении полутора столетий. Однако почти на десятилетие раньше, в 1760 г., те же мотивы легли в основу пародийной эпитафии и эпиграммы А. П. Сумарокова: «На месте сем лежит безмерно муж велик, // А именно зловредный откупщик. // Реками золото ему стекалось ко рту // И, душу озлатив, послало душу к черту». Эпиграмма: «По смерти Откупщик в подземную страну // Пришел пред сатану, // И спрашивает он: «Скажи, мой друг сердечный, // Не можно ль откупить во аде муки вечной? // Как я на свете жил, // Всем сердцем я тебе и всей душой служил, // Пожалуй, дедушка, на откуп это внуку! // Я множил цену там, а здесь умножу муку»[18].

Публикуемый ниже список 1795 г. сатиры «Ныне злой откупщик…» (см. приложение) наглядно демонстрирует, как «зерно» сумароковской эпиграммы, а равно и эпитафии откупщику, разрастается в протодиалогическую конструкцию (посмертный монолог откупщика и ироническое бесовское «эхо»), предваряющую прения сатаны с грешниками в «Ведомости из ада», а также некоторые мотивы рамочной конструкции сатиры: «дедушка» сатана и его «внук, настроивший во аде множество мук»[19].

Попутно отмечу, что сатиры Сумарокова и Эмина были далеко не первыми отечественными обличениями ростовщичества, живописующими картины посмертного воздаяния сребролюбцам. Переведенный в XVII в. и разошедшийся впоследствии во множестве списков, лубочных листов[20] и устных пересказов[21] сборник назидательных примеров «Великое зерцало» содержит компактный блок легенд о загробной участи лихоимцев: «О лакомстве и лихоимстве», «О смерти некоего богатого», «Повесть о некоем немилостивом человеке, любителе века сего», «Страшное сказание»[22]. Указанные главы сборника также послужили сюжетами для миниатюр лицевых Апокалипсисов[23].

Существенно, что и сама жанровая рамка «новостей из ада» не была изобретением XVIII столетия. Так, например, датированная английская традиция «вестей с того света» XVI–XVII вв. включает «Tarltons Newes out of Purgatorie» (1590), «Greenes Newes both from Heauen and Hell» (1593), «Newes from Hell» (1606; 1641; 1680), «News from Hell, Rome, and the Innes of Court. Wherein is ... a Letter written from the Devill to the Pope» (1641) и т. п.[24] Один из образцов европейской «адской почты»: «Список з грамоты, какову писал владетель темности ко французскому синклиту о новопревращенной вере» –был переведен на русский язык уже в 1686 г.[25] Как не раз отмечалось исследователями, при переписывании «Ведомости из ада» нередко формально воспроизводилась и сама конструктивная форма газетного листа[26], что также указывает на рукописные сатирические газеты XVII–XVIII вв. как вероятные источники сатиры[27].

Самостоятельное исследование может и должно быть посвящено популярной в 1790–1820-х гг. сатире «Истинный образ нынешнего света»[28], предположительно восходящей к переводному французскому лубку типа «Crédit est mort» и «Le Diable d’argent»[29] и польским сатирам типа «Raki polskie albo opak wszytko»[30] и, несомненно, унаследовавшей мотивы IX сатиры (1738 г.) А. Кантемира, рондо «Старое и новое время» (1784 г.) А. Шишкова, сатир «Таков-то ныне свет» (1792 г.) И. Янковича де Мириево и «Беспристрастный зритель нынешнего века» (1794 г.) Д. Горчакова. В версиях «Ведомости из ада» 2-й половины XIX в. плачевный «образ нынешнего века» составляет неотъемлемую часть сатирической преамбулы.

Безусловно, заслуживают отдельного внимания и такие значимые структурные компоненты «Ведомости из ада», как реестр адских мук в начале сатиры и симметричный ему «собор» грешников в ее финале, а также мотивы загробного суда-истязания, сопряженного с диалогом-прением сторон, а равно и бала (приема, «большого выхода») у сатаны[31].

Переходя от вопросов генезиса сатиры к рассмотрению форм и факторов ее эволюции в XIX–XX вв., отмечу, что распространение «Ведомости из ада» в дворянской субкультуре стимулировал выход в свет таких изданий, как «Почта духов» (1789 г.) И. А. Крылова и «Переписка двух адских вельмож, Алгабека и Алгамека... Перевод с арапо-еврейского языка греко-японским переводчиком в 1 791 000 году» (1792 г.) А. Писарева[32]. Одновременно в духовном сословии традиция «адских корреспонденций» нашла воплощение в творчестве архимандрита Леонтия (Яценко), создавшего в 1802 г. свое подражание «Почте духов»[33], в состав которого входят «Письмо 50. От гнома Зора к волшебнику Маликульмульку и с адскими газетами присланное. Тысяча восемьсот прошлаго столетия» (л.18 об.), а также «выписки с адских газет» (л. 22).

Разрешение вопроса о бытовании текста «Ведомости из ада» в старообрядческой среде, несомненно, потребует новых текстологических разысканий. Однако уже сейчас можно утверждать, что процесс рецепции сатиры не был однонаправленным. Так, с одной стороны, неоднократно фиксируемые в старообрядческой рукописной традиции (отдельно и в составе «адских газет») «Стихи о пышности и табаке» на протяжении десятилетий сохраняют «родимые пятна» ортодоксальной семинарской субкультуры: «а о курении табаку и академисты духовные знают, и курить его не возбраняют, и сами употребляют»[34]. С другой стороны, попавший около 1839 г. в руки выпускника Московской духовной академии, смотрителя Уфимских духовных училищ иеромонаха Филиппа (Платонова) список «Ведомости из ада», несомненно, восходил к старообрядческой традиции, поскольку финальный «грешников целой собор» открывала триада «митрополиты, архиепископы, епископы» (во вклеенном в сборник отца Филиппа списке эта строка зачеркнута карандашом)[35].

О распространении «Ведомостей из ада» в провинциальной мещанской среде уже в 1-й трети XIX в. свидетельствуют пародийное упоминание сатиры в сборнике 1810-х гг. («У спасского попа пришла какая-то газета, в которой сказано на днях конца ждать света»)[36], факт списывания сатиры в 1822 г. «мещанином Георгием Ананьевым Сергеевским» из Вышнего Волочка в подарок «девице Маремьяне Никитичне Щеголевой с[ела] Стружки»[37], а также процесс снижения социального статуса обличаемых грешников, в частности, исходного образа миллионщика-откупщика до «бурмистра волости Козельской»[38] и «мужика-ростовщика»[39].

В ортодоксальной крестьянской среде статус «Ведомости из ада» варьируется от полуграмотных копий, сохраняющих тем не менее сюжет, композицию и жанр сатиры[40], до разъятых на яркие и всеми узнаваемые цитаты текстовых фрагментов в составе пародийно-игровых форм фольклорного театра и бытового красноречия: «Выехал курьер из аду, вывез страшный газет: // Вси наши городские начальники ушли на тот свет. // Явился старик седой, с долгой бородой. // Сатана с дале увидал: // – Ну, што, старик с долгой бородой, // Не являешься сюда долго? // – Я ладил столько денег накопить, // Чтоб весь ваш ад с дьяволами откупить»[41]. «Нонешняго лета пришли новые заветы, прибежал с почты молодой кульер, принес новые заветы. Правда померла, кривда ожила, ложь с бодожком ушла»[42]. «Пришли попы в ад. Сатана этому делу рад. И говорит попам: «Святые отцы, зачем вы сюда зашли? Или пути в царствие Божие не нашли? Наверное, вы на вольном свете богатство просбирали, пути в царствие небесное потеряли!» И говорит своим слугам: «Небесные вы мои слуги, подьте-ка вы сюда, вриньте-ка их вон туда, пусть посидят до страшного суда!»[43].

Таким образом, сложившаяся к середине XIX в. устойчивая и воспроизводимая во множестве списков композиционная схема «Ведомости из ада» является результатом более чем векового процесса освоения переводных и отечественных литературных источников. Как было показано выше, изначальные версии сатиры принадлежали среде образованного дворянства и содержали «универсальную» нравственную критику общественных пороков (лени, тщеславия, корыстолюбия и т. п.) с позиций «просвещенной» морали.

Одновременно «адские газеты» и смежные сатирические формы распространялись в образованной прицерковной среде и среди книжников-старообрядцев. При этом частные иронические нападки на модную одежду, прически, увлечение табаком и иные злободневные общественные пристрастия получали символическое обобщение как признаки падения нравов людей последних времен. В свою очередь, в зависимости от конфессиональной принадлежности читателя (переписчика) сатиры исходная просветительская критика невежественного и нерадивого священства обращалась против самочинной «раскольнической» иерархии либо против косной «никонианской» церковной структуры. В провинциальных дворянских и мещанских субкультурах «Ведомость из ада», как правило, реанимировала первоначальную функцию сатиры на злобу дня, включая некоторое число локальных примет и намеков на известные аудитории обстоятельства и лица.

Дальнейшая судьба сатиры связана не только с энтропийными процессами копирования текста в малограмотной демократической среде, но и с адаптацией текста к жанровой системе городского (ярмарочный раешник) и традиционного крестьянского фольклора (сатиры-скоморошины)[44]. Характерным итогом устного бытования «Ведомости из ада» в солдатской среде является включение «цитаты» из нее в структуру народного анекдота «Солдатский Отче наш»[45].

 

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 


[1] Афанасьев А.Н. Адская газета // Библиографические записки. 1858. Т. 1. С. 5355.

[2] Сборник правительственных сведений о раскольниках, составленный В. Кельсиевым. Вып. 3. Лондон, 1862. Приложения. С. 11–12; Ливанов Ф.В. Раскольники и острожники. Т. 4. СПб., 1873. С. 161162; Рождественский Т. С . Памятники старообрядческой поэзии. М., 1909. С. 93–96.

[3] Лествицын В. И . Крестьянская газета из ада. Народная сатира // Русская старина. 1875. Т. 14. С. 213–216; Шилков П. А. Адская газета // Этнографическое обозрение. 1891. № 3. С. 235–237; Яцимирский А. И. Мелкие тексты и заметки по старинной славянской и русской литературам // Известия Отделения русского языка и словесности. 1906. Кн. 2. С. 315–318; Оглоблин Н. Н. Из бытовой истории XIX века // Чтения в императорском Обществе истории и древностей российских. М., 1909. Т. 232. С. 27–30.

[4] Гациский А. С. Адская газета // Нижегородские губернские ведомости. Неофициальная часть. 1886. № 45. С. 2–3; № 46. С. 2–4.

[5] Изложение иргизской версии происхождения сатиры см.: Попов Н. И. Сборник для истории старообрядчества. Т. 2. Вып. 4. М., 1866. С. 137–138.

[6] Там же. № 45. С. 2

[7] Адрианова-Перетц В. П. Старообрядческая литература XVIII века // История русской литературы: В 10 т. Т. 4. Ч. 2. М.; Л., 1947. С. 86.

[8] Алексеев М. П. Незамеченный фольклорный мотив в черновом наброске Пушкина // Пушкин: Исследования и материалы. Т. 9. Л., 1979. С. 37.

[9] Малышев В. И. Археографическая экспедиция в Усть-Цильмский район Коми АССР // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН (далее – ТОДРЛ). Т. 11. СПб., 1955. С. 434–438. № 16, 32; Бегунов Ю. К., Панченко А. М. Археографическая экспедиция сектора древнерусской литературы в Горьковскую область // Там же. Т. 15. СПб., 1958. С. 393; Бегунов Ю. К. Археографическая экспедиция 1960 г. в Прибалтику // Там же. Т. 20. СПб., 1964. С. 389. № 15; Маркелов Г. В. Археографическая экспедиция в Латгалию в 1986 г. // Там же. Т. 43. СПб., 1990. С. 373; Бударагин В. П. «Газета из ада» (По материалам Древлехранилища Пушкинского Дома) // Русские утопии (Альманах «Канун». Вып. 1) / Сост. В. Е. Багно. СПб., 1995. С. 306–320; Философова Т. В. Духовные стихи в рукописной традиции Латгалии и Причудья (По материалам собраний Древлехранилища ИРЛИ) // Русский фольклор. Материалы и исследования. Т. 30. СПб., 1999. С. 431–458; Filosofova T . Geistliche Lieder der Altgläubigen in Russland: Bestandsaufnahme, Edition, Kommentar (Bausteine zur slavischen Philologie und Kulturgeschichte: Editionen. Bd . 25). Böhlau, 2010; Религиозный фольклор в архиве Центра фольклора ННГУ: указатель сюжетов / Под общ. ред. К. Е. Кореповой; Сост. Ю. М. Шеваренкова, Н. Б. Храмова, О. В. Макаревич. Нижний Новгород, 2008. № 306, 307; Храмова Н. Б. «Адская газета»: старые и новые записи // Традиционная культура в изменяющемся мире. Ижевск, 2009. С. 241–251; она же. «Адская газета»: проблема выделения редакций // Вестник Нижегородского государственного университета имени Н. И. Лобачевского. Филология. 2011. № 6(2). С. 725–729; Пригарин А. А. «Газета из ада»: «липованские» списки сатирического творчества // Судьба старообрядчества в ХХ – начале ХХІ вв.: история и современность: Сборник научных трудов и материалов. Вып. 3. Киев, 2009. С. 188–201; Черепица В. Н. Счастье жить для других: западнобелорусские последователи религиозно-философского учения Л. Н. Толстого. 1921–1939 гг. Гродно, 2007. С. 41–42; Народная поэзия Арзамасского края: Народные песни, записанные в Арзамасском уезде Нижегородской губернии А. В. Карповым летом 1875 года / Сост. Ю. А. Курдин, Э. К. Петри, А. В. Пряников; ред. Е. П. Титков. Арзамас, 2010. С. 393–395, 473; Алпатов С. В. «Газета из ада»: фольклорные механизмы рукописной сатиры XVIII – XX вв. // Тверское фольклорное поле – 2010: доклады и публикации / Ред. А. А. Петров, М. В. Строганов. Тверь, 2011. С. 138–141; «Только в Боге успокаивается душа моя». Народная религиозная поэзия Нижегородского края / Сост. и комм. Н. Б. Храмовой. Нижний Новгород, 2012. С. 125–137.

[10] Кузьмина В. Д. Русский демократический театр XVIII в. М., 1958. С. 65; Перетц В. Н. Описание рукописей И. А. Шляпкина // Археографический ежегодник 1960. М., 1962. С. 436; Бегунов Ю. К. Древнерусские рукописи фонда Синода в ЦГИА СССР в Ленинграде // ТОДРЛ. Т. 30. СПб., 1979. С. 336; Рукописи Верхокамья XV–XX вв.: Из собрания НБ МГУ / Сост. Е. А. Агеева, Н. А. Кобяк, Т. А. Круглова, Е. Б. Смилянская. М., 1994. № 459, 639; Рукописи XVI–XX вв. и книги старой печати из собрания Института истории СО РАН / Сост. Н. Д. Зольникова, А. И. Мальцев, Т. В. Панич, Л. В. Титова. Новосибирск, 2010. № 1/83-г; 21/74.

[11] РГАДА, ф. 188, оп. 1, ед. хр. 1159 (6 листов, 1-я треть XIX в.); РГАЛИ, ф. 1296, оп. 2, ед. хр. 57, л. 76–78 об. (1830–1850 гг.); НИОР РГБ, ф. 218, карт. 988, ед. хр. 9 (10 листов, конец XIX в.); ф. 737, ед. хр. 44 (56 листов, XIX в.); ф. 17, ед. хр. 54, л. 2–5 об. (XIX в.); ф. 17, ед. хр. 1026, л. 5 об. – 9 об. (XIX в.); ф. 17, ед. хр. 693, л. 42–47об. (XIX в.); РО БАН, 33.3.23 (9 листов, начало XIX в.); 28.2.181 (2 листа, 1893 г.); 16.4.29, л. 1–9 (XIX в.); РО ИРЛИ, ф. 388, оп. 2, ед. хр. 148, л. 15–18 (1850-е гг.); ф. 265, оп. 3, ед. хр. 76 (1864 г.).

[12] Ромодановская Е. К. Антистарообрядческий памфлет в рукописи XIX в. // Русское общество и литература позднего феодализма. Новосибирск, 1996. С. 268–271.

[13] НИОР РГБ, ф. 732, ед. хр. 125 (28 листов, конец XIX в.), л. 4–6. Ср.: Там же, ф. 732, ед. хр. 107 (1886 г.), л. 29–51 об. См. также: Розов Н. Н. Старообрядческое сочинение о расколе Русской Православной Церкви, написанное в духе народного раешника // Общественное сознание, книжность, литература периода феодализма. Новосибирск, 1990. С. 67–74.

[14] Летописи русской литературы и древности, издаваемые Н. С. Тихонравовым. Т. 5. Отд. 3. М., 1863. С. 42–43 (цитата из стиха «Пышность нынешнего время», распространявшегося в XVIII–XIX вв. как самостоятельное произведение, но нередко предварявшего или завершавшего основной текст «Ведомости из ада»).

[15] Адрианова-Перетц В. П.Указ. соч. С. 95. Ср.: Алексеев М. П.Указ. соч. С. 37.

[16] Рак В. Д. Адская почта и ее французский источник // Рак В. Д. Русские литературные сборники и периодические издания второй половины XVIII века: Иностранные источники, состав, техника компиляции. СПб., 1998. С. 28–89.

[17] Эмин Ф. Ведомости из ада // Эмин Ф. Адская почта. СПб., 1769. С. 65–70 (Изд. 2: Курьер из ада с письмами. СПб., 1788. С. 84–89).

[18] Сумароков А. П. Избранные произведения. Л., 1957. С. 257.

[19] Ср. также исследование другого списка 2-й половины XVIII в.: Шолом Ф. Я. Росiйско-украiнскi лiтературнi зв’язки пiсля возз’еднания Украiны з Росiею в 1654 роцi // Науковi записки Киiвского державного унiверситета iм. Т. Шевченка. Т. 13. Вып. 2 (Збiрник филологичного факультету. Вып. 6). Киiв, 1954. С. 52–56.

[20] Ровинский Д. А . Русские народные картинки. Кн.3 Притчи и листы духовные. СПб., 1881. С.77–80.

[21] См. Зеленин Д. К. Великорусские сказки Вятской губернии. СПб., 2002. С.297–298.

[22] Державина О. А. «Великое Зерцало» и его судьба на русской почве. М., 1965. С.123–126, 223–224.

[23] Антонов Д. И., Майзульс М. Р. Демоны и грешники в древнерусской иконографии. Семиотика образа. М., 2011. С.266–277.

[24] Boyes B. News from Hell. Satiritic Communications with the Nether World in English Writing of the Seventeenth and Eighteenth Centuries // Publications of Modern Languge Association. Vol. 58. № 2 (June, 1943). P. 402–437.

[25] РГАДА, ф. 155, оп 1. 1686 г., д. 7, ч. 3, л. 338–341. См. подробнее: Алпатов С. В., Шамин С. М.Европейский юмор в России XVII в. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2013. № 4 (54). С. 29.

[26] Пригарин А. А. Указ соч. С. 193–194. Ср. заголовок «Адские газетыв пяток сырной недели» (Яцимирский А. И. Указ. соч. С. 316), а также подзаголовки «О сырной неделе» (РО БАН, 33.3.23, л. 1), «Смесь» (РГАЛИ, ф. 1296, оп. 2, ед. хр. 57, л. 78 об.), «Заключение. Париж и Лондон» (Бударагин В. П. Указ. соч. С. 310).

[27] См. следственное дело Тайной экспедиции 1798 г. «О газетах, издаваемых в Курляндии под названием масленых» (РГАДА, ф. 7, оп. 2, ед. хр. 3274 (28 листов)). Ср. также польскую рукописную сатиру «Gazeta Pana Rubinkowskiego diabelska z Torunia 7 7bris 1720» – см. подр. MaliszewskiK. Obraz świata i Rzeczypospolitej w Polskich gazetach rękopiśmiennych z okresu późnego baroku. Torun, 1990. S.232.

[28] РГАДА, ф. 188, оп. 1, ед. хр. 785 (1-я четверть XIX в.), л. 28 об.–29; НИОР РГБ, ф. 344, ед. хр. 256 (2-я половина XVIII - 1-я четверть XIX в.), л. 216; ф. 178, ед. хр. 10404 (1806 г.), л. 63; ф. 17, ед. хр. 54, л. 1–2 (XIX в.). Ср. список 1806 г.: Абалихин Б. С., Абалихина Г. И.Из истории общественно-политического движения в России первой четверти XIX в. // Советские архивы. 1970. № 1. С. 93; а также вариант, приписываемый А. С. Хвостову: «Мысли XIX века» 1810 г. // Поэты-сатирики конца XVIII – начала XIX в. / Сост. Г. В. Ермакова-Битнер. Л., 1959. С. 595–596.

[29] См. Champfleury Histoire de l’imagerie populaire. Paris, 1869. P.191–211.

[30] Buchwald-Pelcowa P . Satyra czasów saskich. Wrocław, 1969. S.217–218.

[31] Ср. польский «Sejm Piekelny» (1622) – Brückner A .Sejm Piekelny. Satyra obyczajowa (1622 r.). Kraków 1903; английский «The Hellish Parliament» (1641) – Boyes B. Op. cit. P.429.

[32] Сводный каталог русской книги XVIII в. Т. 2. М., 1964. С. 414.

[33] РГАДА, ф. 188, оп. 1, ед. хр. 378 (271 лист, 1802 г.).

[34] НИОР РГБ, ф. 17, ед. хр. 54 (XIX в.), л. 1 об.

[35] РГАЛИ, ф. 1296, оп. 2, ед. хр. 57, л. 78 об.

[36] НИОР РГБ, ф. 218, ед. хр. 894 (1-я четверть XIX в.). С. 153.

[37] Перетц В. Н. Указ соч. С. 436.

[38] РГАДА, ф. 188, оп. 1, № 1158 (1844 г.), л. 3 об.

[39] НИОР РГБ, ф. 218, карт. 988, ед. хр. 9 (конец XIX в.), л. 9 об.

[40] Ср. список «крестьянина Юромской волости» Мезенского уезда Архангельской губернии Ефима Павловича Шарыгина (РО БАН, 28.2.181 (2 листа, 1893 г.)) или копию с детским рисунком на полях (НИОР РГБ, ф. 218, карт. 988, ед. хр. 9 (10 листов, конец XIX в.).

[41] Фрагмент драматического диалога «Ездок и Коневал». Записан в Заонежье от плотника П. М. Калинина из деревни Падмозеро. Текст диалога Калинин «понял от падмозерского старика Ефима Андреева» (Ончуков Н. Е. Северные народные драмы. СПб., 1911. С. 118–123).

[42] Небылица – Песни и прибаутки, записанные Г. Н. Потаниным в д. Аксеньевой в 3-х верстах от г. Никольска // Живая старина. 1899. Вып. 4. С. 523.

[43] Фольклор Саратовской области / Сост. Т. М. Акимова. Саратов, 1946. С.397.

[44] Этими факторами обусловлена необходимость сохранить орфографические особенности публикуемых в Приложении фольклоризованных вариантов «Ведомости из ада».

[45] Алпатов С. В. «Солдатский Отче наш»: генезис и эволюция народной сатиры XVIII–XX вв. // Традиционная культура. 2011. № 4. С. 166–172.

Приложение

 

 

 

Стихи о пышности и табаке[1]

 

(Л. 76) Днесь испоняется пророческое исполнение,

Философическое разсуждение.

В нынешнем времени и обстоятельстве разсуждали,

Последним временем называли.

Последние придут к нам веки,

В растленном житии жить будут человеки.

Ныне мало кто тщится Богу угодить,

А больше тщится в богатстве жить.

Молодой человек тщится щепетко ходить,

По еллински одежду шить.

В жилетке показует красу премногу,

В панталонах кланяется, оттопыря ногу.

А бороду тщится почище обрить

Да нос табаком набить.

Не имеет в дому ладану и кадила,

А только держит в роте табашное курила.

Крестится только около носу мотает,

Подобно как в балалайку играет.

И многие утверждают, будто негрешно

Да уже и давно у нас в России в моду взашло.

А академисты о курении табаку знают

И курить нам ево не возбраняют.

Тем больше утверждают,

Будто от ладану канарейки умирают,

А с табаку весело воспевают.

Кто сия употребляет,

Тот сын века сего пребывает,

А которые не употребляют,

Тех раскольниками называют.

Конец.

 

 

Ведомость из ада

 

(Л. 77) №1

На сих днях выехал кульер из ада:

Какова будет грешным награда.

При[ве]зъ он почту страшных газет:

Кои придут на тот свет.

Сатана, предвидя кончину сих дней,

Повелел наполнить ад разных огней

И приказал измерить адску глубину,

Где было б сажать грешных за вину.

Вдруг деда сего небольшой внук

Настроил в аде множество мук

И тем оказал заслугу дедушке своему отменну,

Устроил во аде бездну и гиенну.

Работы там несносны происходят,

Каждому дело находят:

Лукавцы там канаты вьют,

Кузнецы-воры котлы куют.

Уголья толкут безпечны попы,

Медники лукавы чинят котлы.

Иной готовит смолу кипучу,

Другой готовит серу горючу.

Иной таскает червяков кучи,

А другой готовит рожны и крючья.

И каждым разным грехам даны дани –

Железные прутья и жаркия бани.

 

№ 2

О Сырной недели князь тьмы извещен,

Что мир уже почти весь развращен,

Во дни Масличны учинил с бесами бал.

Как совершенно о том узнал,

(Л. 77 об.) Что во дни Масличны народ творит,

Он слугам своим так говорит:

– Ныне вы все от трудов своих праздны,

Так и мы творим утехи разны.

Покой вам даю, на бал приходите

И от трудов своих отдохните!

 

№ 3

Сатана, увидя издалека

В блуде убита человека,

Закричал громогласно: «Возми вас провал!

Не дадут кончить мне торжественный бал!»

Явился блудник пред князя тьмы, трепещет:

Сатана на него зубами скрежещет.

Но видя, что уже стар,

Усмехнувшись сказал: «Экой ты угар,

Что в целой век, несыта твоя утроба,

Грешил до самаго гроба!»

Потом закричал чертям: «Возьмите тычину,

Гоните мерзавца в мрачную пучину!»

 

№ 4

Сатана, повернясь, вскричал: «Охъ!

Бегите, черти, пьяница издох!»

Привели пьяницу пред Сатану,

Которой с крепкова похмелья дал тычка ему.

Сатана велел внуку, чтоб его спросил,

Кто его так сильно искусил?

Пьяница сказ[ал], что «нечистой дух».

Сатана ему рек: «Врешь ты, мои милый друх!

В это время бесы все ушли оттоле,

А вы грешили по своей воле!»

 

№ 5

Появились на тот свет и Господа.

Бес из ада кричал: «Пожалуйте сюда!

Я вас отменно буду угощать:

Огнь горящ и жупел возмущать.

(Л. 78) Милостивые государи,

Я велю греть чай не в сам[ов]ари,

Но для роскошных и жирных тел

В аде есть большой котел!

Чтоб вам промочить скаредну душу,

Разогрею вам олово вместо пуншу!

Нут-ко ты, куцей, что ты рычишь,

На что бояр во ад не тащишь?»

А куцей тому и рад,

Облапя вельмож, и потащил во ад.

 

№ 6

Появились на тот свет безпечны чернецы.

Бес, смеясь, сказал: «А вы зачем, отцы?

Вы свою жизнь проводили в монастырях,

Вам должно жить в райских краях!

Но видно вы не бережно жили

И в моей области честь заслужили!»

Бес предстал к ним без хвоста:

– Потому что не наблюдали поста

И ленивы были молиться Богу,

Надобно вам указать дорогу!

С коих мантии повелел скинуть

И во тьму кромечную вринуть.

 

№ 7

Дух злобы написал устав по ложам,

Как делать резон простым и вельможам.

Внезапно скончался злой откупщик,

Которой был проценщик и растовщик.

Как появился на тот свет,

Сатана спросил у него отчет:

– Много ли, мой друг, растовых денег скопил?

Но злой откупщик так возопил:

– Я столь много успел скопить,

Что мог бы у тебя и ад откупить!

Бес, усмехнувшись, рек:

– Подлинно ты злой человек!

Ты и во аде кабак хотел завесть!

Ну, брат, здесь твоя миновалась честь.

Надеялся на деньги и Бога забыл,

Проценты копил и роскошно жил.

Вот здесь узнаешь, как грабить бедных!

Ступай во ад и будешь в последних!

 

(Л. 78 об.) Смесь.

Предстали бесов целой хор,

Пригнали грешников целой собор:

Митрополиты, архиепископы, епископы[1],

Иереи, жиды, евреи, целовальники, сапожники, башмачники,

Портные, пьяницы, табашники,

Клеветники, подлые дворяне

И развратные миряне.

Кривые, слепые, хромые и вся нищета,

Которые жили хуже скота.

Сатана стал суд производить,

Приказал грешников по одному водить

И, представя демонов страшных,

Между тем пришел ряд до табашных.

Сатана не знал бы о грехе таком,

Но один нос набит был крепко табаком.

Сатана, увидя в носу сморчки,

Приказал подать вострые крючки

И тем, прочистив носы табашны,

Приказал им со смолою месить квашню.

Потом зевнул громогласно всем:

– Ступайте во ад и горите огнем!

 

Речь к нищим.

Вы бегите, убогие твари!

Здесь место заняли вельможи и бояре!

Нищие, пройдя страшное мытарство,

Подхватя свои сумки и драло в Небесное Царство.

Конец.

 

 

«Адския газеты»[2]

 

На сих днях выехал курьер из ада,

Привес он почту газет:

Какая будет грешникам награда,

Кои нечисты поидут на тот свет.

Сатана, провидя кончину сих дней,

Приказал ад наполнить разныхъ огней,

Послал размерить адскую глубину,

Где б грешников было сажать за вину.

Вдруг сего деда большой внук

Настроил во аде множество мук.

Оказал дедушке заслугу отменну:

Учредил во аде бездонну геенну.

Работы тут несносны происходят

И каждому работу находят.

(Л. 1 об.) Лукавцы крепкие канаты вьют,

Слесари и кузнецы крючья куют.

Уголье там толкут безпечные попы,

Медники с пронырством чинят здесь котлы.

Дьячки готовят смолу кипящу,

Понамари носят уголья горящу.

Приказные носят в костры дрова,

Там их жизнь не слишком дорога.

Иные таскают в кучу червей

За то, что бранили своих матерей.

Каждому из них за грехи свои даны

Железныя прутья и жаркие бани.

Князь тьмы давно был о сем извещен,

Что мир почти весь уже развращен.

В сырные дни учредил с бесами бал,

Как совсем о том узнал,

(Л. 2) Что народ во дни масличны творит,

Он слугам своим так говорит:

– Вы от трудов своих праздны,

С грешниками творите блуд и утехи разны.

Покой вам даю, на бал придите,

От трудов своих днесь отдохните.

Я отменной пир для вас открою,

От радостей мирских нет и нам покою.

Повернясь сатана закричал громко: «Охи!

Бегите, черти, пьяница издох!»

Привели пьяницу пред Сатану,

Которой с похмелья дал толчек ему.

Тут приказал внуку, чтобы строго допросил:

Кто его так в пьянстве искусил,

Отчего невоздержно вина много пил,

Так что душу и тело вечно погубил?

(Л. 2 об.) Пьяница сказал: «Отойди нечистой дух!»

Бес ему напротив рек: «Врешь ты, мой любезной друг!

Я вижу ты, брат, куражен и не трус», –

Ударивши его кулаком крепко в ус, –

«Только ты и знаешь пить да по [о]бедам ходить,

Так достанется от меня и по зубам.

В эти дни бесы все ушли оттоле,

Но вы там грешники в своей воле».

И что ж на вас возрел князь издалека,

Увидел еще убитаго на гулянье блудника.

Закричал: «Возьми вас всех провал!

Не дадут мне окончить торжественный сей бал!

Бегите, черти, возьмите щеголя подстегу,

Вытрясите из него блядскую негу!»

Привели его к грозному ответу,

Надобно взять хорошу смету.

(Л. 3) Он от страха весь затрепещет,

Бес на него зубами скрежещет:

- Послушай, старой прелюбодей!

Хотя б ты стыд возымел от людей,

На голове твоей довольно седых влас,

А сколько был на сей сцене раз?

Тебе с лишком 80 лет,

А совести в тебе ни мало нет,

Что целой век не сыта твоя утроба,

Надобно грешить тебе до самого гроба.

Возмите, черти, огненну тычину,

Гоните мерзавца во мрачную пучину!»

В разбирательстве таком увидел мужика:

- Гогой вас положи, какого еще привели чудака!

Ба, да это староста сельской,

(Л. 3 об.) И бурмистром был волости Козельской.

Поди-ка поближе сюда крестьянской мироед!

Каких настроил ты там бед?

Для того разве дана была тебе власть,

Чтобы бедных приводить в напасть.

Невинных обижал и не щадил сирот,

Домы их разорял и истреблял их род.

И чрез то заслужил себе заслугу отменну.

- Сюда, - закричал бесам, - тащите его в геенну!»

Предстали пред князя беспечные чернецы.

Он, усмехнувшись, сказал: «Вы для чего, священны отцы?

Провождая жизнь свою в монастырях,

Надобно вам быть в райских краях.

Но видно, отцы, вы небрежно жили,

И в моей области себе честь заслужили».

Тут ему один бес донес без хвоста,

(Л. 4) Что они не наблюдали поста,

Ленивы были молиться Богу,

Надобно им указать дорогу.

Сатана приказал черные мантии с них скинуть

И во тьму кромешную их кинуть.

Явились на тот свет гордые господа.

Сатана приведствовал: «Пожалуйте сюда!

Здесь я вас буду отлично угощать,

Огонь горящий и жупел велю разжигать.

И при том, мои почтеннейшие государи,

Велю чай вам греть, но не в самоваре.

Для различных и жирных ваших тел

Здесь есть во аде большой величины котел,

Дабы промочить вашу скаредну душу,

Растоплю олова вместо пуншу.

(Л. 4 об.) – Нутка ты, куцой, что стоя рычишь,

Для чего ты их милость во ад не тащишь?»

А куцой тому со своим хором давно был и рад,

Облапя вельможей и бояр, потащил во ад.

Внезапно скончался злой откупчик,

Которой был проценщик и ростовщик.

Лишь только он появился на тот свет,

Сатана спросил от него отчет:

Много ли ростовых денег накопил.

Но злой откупщик так возопил:

- Я бы мог у тебя и весь ад откупить,

Но опасаюсь, чтоб банкрутом мне не быть!

- Э, видно ты хочешь во аде кабаком сесть.

Нет! Здесь уже миновалась твоя честь.

Надеясь на деньги и Бога ты забыл,

Проценты лишь бы копил, и роскоши любил.

(Л. 5) Так вот узнаешь как грабить бедных.

Ступай-ка во ад и будь в последних!»

Предстали пред князя бесовский полный хор,

Пригнавши грешников полный собор,

Они идучи горько рыдают и плачут,

Но черти пред ними веселятся и скачут:

Монархи, митрополиты, патриархи, архиереи,

Жиды, турки, татары и евреи,

Французы, немцы и баварцы,

Искусные в практике итальянцы.

Со всех сторон света и вся некресть -

Воздается каждому по делом их честь -

Купцы, целовальники, подьячие и башмачники,

Винопродавцы, грабители, и подлые дворяне,

Воры, разбойники, пьяницы и табашники,

Игрецы, плясуны, и развратные миряне,

(Л. 5 об.) Хлебники, калашники,

Харчевники, блинники российские и пирожники,

Все вообще плуты, портные и сапожники,

Хромые, слепые, уроды и вся нищета,

Которые жили скаредно и хуже скота.

Сатана возсед на кресли, роется в книге,

Приказал очки подать хромому шишиге.

На нос очки надел и посмотря яро,

Закричал: «Что грешников мало?

Ад мой украшен пламенем стонет и ревет,

Всех сих распутников к себе зовет!»

Один из бесов, ему так рек:

- Еще не кончился времянной век,

Когда миру придет конец,

Тогда явится и сынам грешным отец».

Сатана выслушал и начал суд производить,

(Л. 6 об.) Приказал грешникам по одному подходить,

Вокруг них поставил демонов пристрашных.

Между тем при нем ряд людей табашных,

Но один свой нос набил крепко табаком.

Судить он стал о ересе таком.

Сатана приказал принести острыя крючки,

Велел вытаскать засохшие сморчки.

И как вычистя носы табашны,

Приставил их мешать со смолою квашни.

Дошел ряд и до тех, кои курили

В трубках табак.

Разсердившись, князь велел их гнать в огненный кабак.

За то более из уст своих смрадной

(Л. 6 об.) дух пущали,

А себя заблаговременно от аду незащищали.

Увидя вдруг цыганов, волшебников и колдунов

Закричал: «Скорей в огонь сих глупых дураков.

Они на белом свете пакости творили

И давно себе огнем сим наградили».

И на нищих закричал:

- Вы здесь зачем, убогие твари?!

Тут заняли место велможи и бояри!

Нищие пройдя сие мытарство,

Поднявши кошелки, побежали в Царство.

Конец газетам сим.

 

 

***[3]

 

Адская почта недавно пришла, на ефтих днях.

Выехал курьер изо ада и сказывает, кокова там будет грешникам награда.

Он привез почту страшней газет, как пойдут грешники нечаянно на тот-там сьвет.

Сатана, предвидя себе кончину дней,

Дак приказал ад наполнить разных огней.

Также приказал внуку своему

Рассмотреть адску глубину.

Где будут сажать грешников за вину,

Хотя и не велик был у деда внук –

Да настроил во аде премножество разных мук.

Вот и ныньче работы на нос нейдут

[А] некоторы луковы канаты вью,

[А] медники воры котлы куют,

Бешчестные попы уголья толкут.

Причетники таскают черьви в кучю,

Иные готовят разные крючья.

В Сырной недели весь мир искушен.

О том Сатана наверно узнал,

Собрал для бесов торжественный бал.

Приходите, бесы, от трудов своих отдохните!

Бесы, приходя на бал, не усьпели сесь за огромные столы,

Сатана закричял велегласно:

Бесы, бесы, бежьте, скорей, ох пьяниця издох.

Бесы скоро наскоро спешыли,

Пьяницу к Сатане ташчили.

Порядошную ему толкушу дали в сьпину.

Сатана велел пьяницу допросить,

Кто его мог искусить.

Пьяница говорит, што нечистый дух.

Врешь, мой друх, Тогда от вас все беси ушли.

А вы пили по своей воли.

Сатана поглядел издалека

И увидел удавленного человека.

И сказал: экой ты угар,

Всё любил эту прелесь пить водку и слась

Несыта была твоя утроба,

Старайся ты грешыть до гроба…[4]

Будешь во аде во посьледних.

На ту пору шол бо’атый купчик,

Он был ростовшшык и процентовщик.

Лишь только он появился на тот-там сьвет,

Сатана потребовал от него ответ

Шо же ростовшык в сем сьвете жыл,

Много ли денег скопил.

Ростовшик сам на него возопиял:

Я столько усьпел денег скопить,

Хотел у тебя бесят откупить.

Сатана задумался сидя и рек:

Только ты злой человек

Хотел у меня во аде бал завесьти.

А вот теперь не будешь-то грабить бедных.

Будешь во аде во последних…[5]

 

 

Сказание о атской газете[6]

 

На сих днях выехал куръер из ада, вывез почту страшныхъ газет: какая будет грешникам награда, которые с нечестием пойдут на тот свет.

Сатана предвидя кончину сихъ дней приказал ад наполнить разных огней. Он послал измерит адскую глубину, куда будут грешников садить за вину. Один из бесов назвался ему внук, которыи во аде наделал множество мук. (Л. 1 об.) Показал дедушку своему заслугу и отмену, что учредил во аде бездну и геену. Работы страшные там происходят. Каждому мастеру дела находят: некие лукавцы канаты вьют, воры крючья куют, беспечные попы угли толкут, медники лукавые чинят там котлы, иные готовят смолу кипучую, некоторые толкут серу горючую, а другие таскают червей кладут в кучу, каждому (Л. 2) за грехи свои представлены будут длинные прутья железные паритца в бани.

Князь столь немилостен о сем был извещен, что уже мир пути весь развращен. В сырные народ учредил бал, как подлинна о том са[та]на не знал, что в сырные дни народ творил, а сатана своим слугам говорил: «Вы ныне от трудов лучше празны, мир вам и так говорит утехи разны. Покой я вам даю: на смущение в мир не ходите, (Л. 2 об.) а лучше от трудов отдохните».

Вдруг сатана озарился назад: тащат пьяницу во ад. «Ох, черти, бегите: пьяница издох!» Привели пьяницу пред сатану и дали толчок ему. Сатана приказал своему милому внуку взять сего опойца ввержить в вечную муку, а при том пьяницу спросил: «Скажи, мой милой друг, кто тебя к пьянству искусил, что ты так неосторожно пил доколе душу свою в[о]зле меня посадил?» (Л. 3) – Искусил меня злой дух. – «Нет, брешь, мой милой друг! Бесы в то время ушли оттоле, а вы грешили по своей воле. Я тебе всю правду открою, что от роскоши мирской и нам нет спокою!» И так сатана приказал пьяницу в геену отвести и из башки все похмелье вытрести.

Дух злобы написал устав, какую давать награду откупщикам и вельможам. Внезапно скончался злой откупщик, который был процентщик и ростовщик. Лишь только появился на тот свет, а сатана спросил от него отчет: (Л. 3 об.) «Скажи, мой милой друг, сколько ты ростовых денег накопил?» Он так ему возопил: «Я столь могу ростовых денег накопить, что могу все у вас во аде закупить!». – «Ах, ты и здесь хочешь кабаки завести? Нет, мой милой друг, миновала твоя честь. Ты надеялся на деньги, проценты копил и роскоши любил. Вот так как узнаешь грабить бедных: поди-ко во ад, будешь последним!»

Явились на тот свет гордые господа, а сатана кричит из ада: «Пожалуйте сюда! Я вам прикажу для чаю воды греть. Только извините, господа, (Л. 4) не в самоваре! Для ваших роскошных и жирных тел есть у меня во аде большой котел». Затем сказал: «Извольте кушать смолу кипучую вместо чаю!» И пойшу потом куцему говорит: «Что, куцый, стоишь, что рычешь и вельмож во ад не тащишь?» А куцей давно тому рад, облапил вельмож и потащил во ад.

Явились на тот свет беспечные чернецы. И сатана смел их спросить: «Вы зачем пришли сюда, отцы? Вы жизни свои препровождали в монастырях, вам надлежит быть в райских странах. Но видно, что вы не воздержно жили, еда (Л. 4 об.) так и областей наших заслужили». Один чорт без хвоста сказал, что они не имели поста, ленивы были молитца Богу, за то им надо показать во ад дорогу.

И сатана приказал с них мантию скинуть и во тьму кромешную их вринуть.

Явились пред сатану бесов целый хор, привели грешников всякого чину великий собор: митрополиты, протоиереи, монахи, турки, татары, жиды, армяне, со всех сторон свету, что так простого места негде нет; купцы, целовальники, клеветники, табашники, (Л. 5) сухие, хромые, слепые и всякая нищета, которые проживали на сем свете хуже скота.

Сатана приказал подать очки хромому шашиге. Когда надевши на нос очки, он возрел яро и закричал: «От чего еще грешников мало?» Один чорт скривя глаза изрек, что еще не скончался временной век, а когда приидет всему миру конец, тогда ты будешь всем грешникам отец.

Но еще сатана не знала о грехе таком, что у них носа набиты крепким табаком. А когда увидел (Л. 5 об.) в носах их сморчки, то и велел подать вострые крючки, чтобы очистить табащникам сморчки.

Сатана закричал грешникам всем: «Ступайте в геену, горите огнем!» А нищим сказал: «Вы зачем пришли сюда, убогие твари, здесь и без вас заняли все места вельможи и дворяне!»

Так нищие поднимали свои котомки, произошли все мытарства и пробрались в небесное царство.

Конец.

Сочинил эту книжку Алферов Павел Федорович. По новому стилю 23 / II. 47 года, по старому стилю 10 / II. 47 года.

 

 

II[7]

(Л. 186) Ныне злой откупщик,

А наш всемирной ростовщик,

Рот свои до ушей разевает,

Злясь на лишение откупов околевает,

Которой желал в России чрез то нажити клад,

А ныне за то посылается во ад.

А на пути до ада от велиард истязается,

Долгим языком своим обороняется.

А при отшествии своем в подземну страну,

Безмерно желал видеть деда своего сатану,

И показать ему от беса вытянутой свои язык,

Которой безвинных обижать привык.

Да не позабыл откупщик взять свои щеты,

Которые писали приказчики ево многие леты.

И просит: «Пожалуй, дедушко, потрудись сойти,

И что неисправно внуку своему в вину не причти!»

Бес ответствовал: «Худо!»

– Я чрез сие богатство много наживал

И на беспомощных много нападал,

И они в то время и глядеть на меня не смели,

А ныне от радости хвалу всевышнему воспели

– И должно!

(Л. 187) – Да при том же, дедушко, и другие на меня страсти были,

За лихоимство меня кокетки многие любили,

Я думаю оне меня и ныне не позабыли.

– Глупы оне!

– Не можно ли послать ково, чтоб не тужили?

– Нельзя!

– И сказать им, что я здесь не пропаду,

И без определения сижу в огненном пруду.

– Погрейся!

– И намерен просить деда своего сатану,

Чтоб отдал мне на откуп всю подземную страну.

– Не можно!

– Ежели согласится ад на откуп отдать,

То буду просить, чтоб и кокеток моих приказал к себе взять.

– Со временем совершено!

– Уже не уповаю, чтоб по прозбе моей зделал,

Для тово, что Вышни[й] о том сведал.

– Всемогущи[й]!

– И приказал меня крепкими узами связать

И вечно в тартар на поселение послать.

– И должно!

(Л. 188) – За то, что я не в свои дела вступался

И от тех временно жизнью сладко питался.

– Самому от себя!

– Бедных много обижал

И кокеток моих награждал.

– Не за что!

– Неповинных весма разорял

И последние крохи у них обирал.

– Безрассудно!

– На слезы и прозбы их не взирал,

Только родной кожи одной с них не здирал.

– Экий плут!

– Для тово ныне и стражду

И в пламени сем жажду.

– Мало!

– Однако стану тщится,

Чтоб чем-нибудь здесь кормиться.

– Червей много!

– И буду дедушка просить,

Чтоб мне в смотрение ад изволил поручить.

– Безспорно!

– Я и тут копейку наживу,

Хотя и горячо, только без нужды проживу.

– Не наживешь, а последнее проживешь!

(Л. 189) – Да, жаль тово, что здесь кокеток моих нет,

Которым без меня может быть немалой вред.

– Не тужи!

– Знатно, что я прогневал творца один,

И за то должен страдать во веки, аминь!

– Привыкай!

Эпиграмма.

По смерти откупщик послан в подземну страну,

И пришед стал пред самого сатану.

– Здорово, брат!

Спрашивал ево: «Скажи мне, друг сердешной,

не можно ли откупить здесь муки вечной?

– Не можно!

Как я на свете обижая всех жил,

Всем сердцем и душею тебе служил,

– Люблю!

Выбирая дам, которую хоть любил,

Обижая многих и тем любовниц дарил.

– Ни за что!

Не для чего меня любовницы любили,

Но для подарков, коих от меня много получили.

– Пропало!

То мне и мало было, чтоб нищих грабить,

Зборно еще не стыдно было тратить.

– Безчеловечно!

(Л. 190) Ныне, все оставя, к тебе навеки пришел

З желанием, чтоб и здеся хоть малинкой барыш нашел.

– Поживи!

– Пожалуй, дедушко, отдай на откуп ад твоему внуку,

Я умножал цену там, а здесь умножу муку!

– Не поверю!

Чему сам сатана премного дивился,

а чтоб ад брать на откуп к тому не склонился.

– Порук нет!

Опасаясь, чтоб без привычки и не совладеть,

Воспоминая любовниц, везде не поспеть.

– Не исправил!

Эпитафия.

На месте сем лежит муж велик,

А именно зловредный откупцик.

– Огонь не мал!

Рекам к нему злато стекалось ко рту,

Душу свою, озолотя, послал к черту.

– Хорошо место!

 

 

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 


[1] В рукописи строка зачеркнута карандашом.

 


[1] РГАЛИ, ф. 1296, оп. 2, ед. хр. 57 (Сборник отца Филиппа Платонова. 1830–1850 гг., на 285 листах).

[2] РГАДА, ф. 188, оп. 1, № 1158 (1844 г., на 6 листах).

[3] РО ИРЛИ РАН, р. V, кол. 5, п. 2, № 73, л. 45–46 (1928 г. Архангельская область, Лешуконская волость, деревня Конецщелье. Новиков Иван Николаевич, 60 лет).

[4] «Забыл» (примечание собирателя А. И. Никифорова).

[5] «Продолжение текста рассказчик не помнит. Слышал от Никифора из деревни Белощелье» (прим. А. И. Никифорова). Выражаю признательность М. Н. Власовой, любезно предоставившей для публикации выверенную копию текста.

[6] Отдел редких книг и рукописей Научной библиотеки МГУ, Рукописи Верхокамья (Пермская область, Верещагинский район, село Субботники. Анофриев П.Ф.) Стиховник 1947 г., № 459, л. 1–5 об.

[7] НИОР РГБ, ф. 344, № 282 («Собрание разных манускриптов в 65 номерах. Часть I. Писаны в Ярославле. 1795 г. генваря дня…»; Сборник конца XVIII - начала XIX в.), с. 186-191.

Форумы