Никонов С. А. Секуляризационная реформа 1764 г. и судьба Соловецкого монастыря[1]

Изучение социально-экономической истории Соловецкого монастыря имеет давнюю историографическую традицию, берущую свое начало в работах историков Русской Православной Церкви XIXв. (архимандрита Досифея (Немчинова), архимандрита Мелетия) и продолженную в XXв. исследователями новой, советской «формации» (А. А. Савичем, А. М. Борисовым, Г. Г. Фруменковым). В конце XX – начале XXIв. появляются и фундаментальные публикации документов архива Соловецкого монастыря, без которых невозможно представить изучение хозяйственных процессов и формирования вотчины одного из крупнейших монастырей Поморья в XVIXVIIвв.[2]. История монастыря нашла отражение и в обобщающих работах, посвященных монастырскому землевладению и хозяйству[3], исследованиях, рассматривающих региональный аспект социально-экономических отношений в России XVIXVII вв.[3]
Вместе с тем, несмотря на разнообразие работ, в историографии не хватает обобщающих исследований, рассматривающих историю монастыря на протяжении определенного периода. Такая работа была только одна – опубликованное в 1927 г. исследование А. А. Савича[5]. Существенным препятствием на пути появления такого рода исследований является неизученность всего богатства архива Соловецкого монастыря, а также объем этого документального наследия, разобрать которое усилиями одного ученого не представляется возможным.
Восполнить существующую в историографии лакуну должна вышедшая в 2017 г. работа А.В. Богдановой, посвященная истории Соловецкого монастыря во 2-й половине XVIIIв. Центральной проблемой исследования стала секуляризационная реформа Екатерины II 1764 г., оказавшая решающее влияние на судьбу монастырей России в целом и Соловецкого в частности. Попытаемся взвешенно рассмотреть основные результаты исследования.
Исследование основывается на богатом материале источников, почерпнутом в фондах Российского государственного архива древних актов и Российского государственного исторического архива, а также на опубликованных нарративных и законодательных документах. Привлеченные документы позволили автору раскрыть такие вопросы, как состав братии, слуг и гарнизона Соловецкого монастыря, развитие и организация вотчинного хозяйства, структура бюджета обители накануне и после реформы.
Перед реформой монастырь представлял собой крупный хозяйственный центр Русского Севера, обладавший вотчинами в четырех северных (Двинском, Кольском, Каргопольском, Устюжском) и трех центральных (Бежецком, Московском, Каширском) уездах. Основу монастырского хозяйства составляли промыслы; земледелие, характерное для монастырей Центра России, почти не получило развития. Ведущуюроль в хозяйстве монастыря играл соляной промысел, ведшийся в девятиусольях. Доход от него составлял более 50% бюджета монастыря. Наряду с соляным получил развитие рыбный промысел, организованный как в поморских волостях(добыча семги), так и на отдаленной территории (добыча трески и палтуса на побережье Баренцева моря). Другие промыслы, которые велись как на самом Соловецком архипелаге, так и за его пределами, высокой доходности не имели.
Исследователь выявляет связь монастырского хозяйства с рынком Русского Севера. Так, вывариваемая соль поставлялась в ряд городов и волостей для реализации. В таких крупных городах региона, как Архангельск, Устюг Великий, Вологда, а также в Москве и Санкт-Петербурге производилась закупка необходимых монастырю товаров, в первую очередь, продуктов сельского хозяйства.
Ко времени секуляризации 1764 г. Соловецкий монастырь испытал на себе воздействие реформ начала XVIIIв. Результатом ограничительных мер на право поступать в монахи стало сокращение братии в 3–3,5 раза. Изменился и возрастной состав братии: преобладающее место заняли монахи старшего возраста – старше 40 лет. С влиянием государственной политики автор монографии справедливо связывает изменение социального состава монашествующих, пополнявшегося в основном отставными военнослужащими. Введение государственноймонополии на закупку и реализацию ряда товаров обернулось тем, что Соловецкий монастырь, один из главных соляных промышленников Русского Севера, вынужден был сдавать вываренную соль в государственные пункты приема (соляные стойки). Как считает А. В. Богданова,эта мера привела к сокращению соляного производства и постоянному дефициту соли в монастыре.
Секуляризация церковных владений в 1764 г. внесла существенные изменения в развитие монастырского хозяйства. Так, монастырь утратил все вотчины, и только в 1765 г. ему были возвращены подворья в крупных северных городах и волостях Поморья. Изменилось и положение обители: по установленным реформой штатам Соловецкий монастырь вошел в число первоклассных монастырей страны, а в 1765 г. ему был присвоен ставропигиальный статус, означавший непосредственное подчинение Святейшему Синоду. Сохранение высоких позиций в кругу обителей России 2-й половины XVIIIв. не избавило обитель от финансовых потерь: в ходе реформы государство конфисковало всю казну, которую, несмотря на все старания монастырских властей, так и не удалось вернуть.
Прекратил развитие соляной промысел. Это привело к свертыванию торговых связей монастыря с рынками Русского Севера. Рыбный промысел сильно сократился: по-прежнему отправлялись артели на побережье Баренцева моря, но снизилась активность в организации промысла семги в поморских волостях.
Рассматривая бюджет Соловецкого монастыря после реформы 1764 г., Богданова пришла к выводу, что значительную статью поступлений в этот период составляли денежные вклады богомольцев. На протяжении последней четверти XVIIIв. эти поступления увеличивались, что было связано не только с притоком паломников, но и с инфляционными процессами: обесцениванием рубля, вызванным ассигнационной реформой, и поступлением на рынок значительного объема золота и серебра. Новым источником доходов стали выплаты государства на поддержание монастыря и братии. Как отметила Богданова, эти выплаты не смогли компенсировать изъятую у обители в 1764 г. казну. 
Следствием реформы 1764 г. стало и перераспределение расходов Соловецкого монастыря. Так, в последней четверти XVIIIв. значительные средства тратились на строительство колокольни, кладбищенской церкви, литье колоколов и работы по благоустройству храмов.
Обращается Богданова и к сопутствующим основной проблеме исследования сюжетам, имеющим самостоятельное значение. Это касается паломничества (численность, состав, маршруты следования), а также такогоявления повседневной жизни соловецких архимандритов, как ежегодные выезды с архипелага в Сумский острог, где они проводили время с осени до весны, и ряда других вопросов.
Большой интерес вызывают приложения к монографии, отражающие не только итоговые данныео состоянии монастырского бюджета до и после реформы, но и сведения о братии, ссыльных монастыря, генеалогии солдатских родов.
При всех очевидных достоинствах рецензируемого исследования, ряд моментов вызывает критику. Так, рассматривая историографию секуляризационной реформы 1764 г. и выявляя разные подходы к оценке этого события, Богданова не предложила своего взгляда на проблему. Из рецензируемой работы следует, что накануне реформы Соловецкий монастырь вел рентабельное хозяйство, не сталкиваясь с социальными конфликтами и потрясениями в своих вотчинах. В таком случае, можно ли в реформе видеть попытку решения социальных проблем, в том числе облегчение участи крепостных крестьян? Или все-таки реформа в большей степени была продиктована политическими соображениями власти? Этот вопрос ответа в монографии не получил.
Не хватает работе исторической и историографической ретроспективы. Так, вскользь Богданова оговаривает специфику Поморья, заключавшуюся в слабом развитии традиционного для русских земледелия и в значительной роли рыбных континентальных и морских, соляных промыслов. Казалось бы, это очевидные вещи, но без их пояснения остается неясным, что из себя представлял такой источник монастырских доходов, как сдача на оброк рыболовных угодий? Занимавшиеся рыболовным промыслом крестьяне Поморья первоначально выступали как единственные собственники угодий, а с рубежа XVIXVIIвв. в силу ряда неблагоприятных причин стали их продавать монастырям, в том числе Соловецкому. Это привело к смене собственника, но никак не могло изменить устоявшегося хозяйственного уклада крестьянских общин, по-прежнему занимавшихся рыбным промыслом. Общины в новых условиях вынуждены были уступать часть доходов от рыбного промысла новому владельцу – Соловецкому монастырю, который не обладал такими людскими и финансовыми ресурсами, чтобы организовать хозяйство собственными силами.
Вопрос о бюджете Соловецкого монастыря уже неоднократно ставился в историографии, но, правда, для XVIIв. В работе А. В. Богдановой не проводится сопоставлений результатов исследований предшественников и собственных выкладок. Думаю, что такое сопоставление было бы крайне важным, поскольку позволило бы выявить устойчивость монастырского хозяйства на всем протяжении XVII– 1-й половины XVIIIв. Так, и в XVIIв. основную часть поступлений в монастырский бюджет давала продажа соли[6].Исследование А.В. Богдановой вомногом выполнено на материале казначейских приходо-расходных книг и «офицерской» описи 1763–1766 гг. – подробной описи монастырского имущества, составленной группой обер-офицерских чинов. Эти источники раскрывают общую картину социально-экономического развития монастыря во 2-й половине XVIIIв. Но для того чтобы понять, как была устроена внутренняя организация хозяйства обители, этих документов недостаточно. Здесь требуется обращение к обширному комплексу материалов монастырских служб. Учитывая количество сохранившихся источников, полагаю, что такая задача в исследовании А. В. Богдановой не могла быть решена. Правомерно рассматривать ее как направление для последующих исследований.
Остался в стороне и такой вид монастырской документации, как книги братских приговоров, дающие наряду с казначейскими приходо-расходными книгами общее представление о социально-экономическом укладе обители. Книги сохранились почти за все десятилетия XVIIIв. и содержат распоряжения монастырских властей по различным, в том числе и хозяйственным, вопросам.
Таким образом, книга А. В. Богдановой стала еще одним шагом на пути раскрытия богатой и сложной истории одного из крупнейших монастырей Поморья.

Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект №18-09-00154 а. «Монастырская и крестьянская промысловая колонизация районов Европейской Арктики в XVI–XVIII вв.»). 

 

[1] Богданова А. В. Соловецкий монастырь в Екатерининскую эпоху: из истории секуляризационной реформы 1764 года. М.: Изд-во ПСТГУ, 2017. 320 с.

[2] Акты социально-экономической истории Севера России конца XV–XVI в. Акты Соловецкого монастыря 1479–1571 гг. / Сост. И. З. Либерзон. Л.,1988; Акты социально-экономической истории Севера России конца XV–XVI в. Акты Соловецкого монастыря 1572–1584 гг. / Сост. И. З. Либерзон. Л.,1990; Приходо-расходные книги Соловецкого монастыря. 1571–1600 гг. / Сост. Е. Б. Французова. М.; СПб., 2013. 
[3] Иванов В. И. Монастыри и монастырские крестьяне Поморья в XVI–XVII веках: механизм становления крепостного права. СПб., 2007.

[4] Мюллер Р. Б.Очерки по истории Карелии XVIXVIIвв. Петрозаводск, 1947. С. 79–89; Борисов А. М. Хозяйство Соловецкого монастыря и борьба крестьян с северными монастырями в XVI–XVII веках. Петрозаводск, 1966.

[5] Савич А. А. Соловецкая вотчина XV–XVII в. (Опыт изучения хозяйства и социальных отношений на Крайнем Русском Севере в Древней Руси). Пермь, 1927.

[6] Иванов В.И. Бухгалтерский учет в России XVI–XVII вв. Историко-источниковедческое исследование монастырских приходно-расходных книг. СПб., 2005. С. 135, 148.

Форумы