Русская Церковь при Патриархе Тихоне: 1917-1925


Протоиерей Владислав Цыпин
 

После переворота 25.10.1917 сразу же началась подготовка законодательства об отделении Церкви от гос-ва (см. Декрет об отделении Церкви от гос-ва). В Петербурге были закрыты дворцовые церкви, конфискована Синодальная типография. Патриарх Тихон в первом обращении к всероссийской пастве от 18.12.1917 характеризовал переживаемую страной эпоху как «годину гнева Божия». Еще более резок обличительный тон послания Патриарха от 19.01.1918, призывавшего верных чад Церкви встать на ее защиту и пострадать за дело Христово (Акты свт. Тихона. С. 83).

Гражданская война, начавшаяся в мае 1918 г. с восстания Чехословацкого корпуса, осложнилась вмешательством иностранных гос-в. Антанта поддерживала белые армии, которые изъявляли готовность в случае свержения советской власти продолжать войну против Германии и ее союзников. Некоторые из белых генералов в борьбе с советской властью сделали ставку на немецкие оккупационные войска. Русскую землю разделили с севера на юг и с запада на восток линии фронтов. По всей стране вспыхивали восстания и мятежи, помимо основных противостоящих друг другу сил — Красной и Белой армий — возникли национальные сепаратистские движения, всюду во множестве появлялись анархические бандитские формирования; русские города и села по нескольку раз переходили из одних рук в другие. Православные люди жили на территориях, контролировавшихся и красными и белыми, к православной Церкви принадлежали лица, сражавшиеся друг против друга в братоубийственной войне. Патриарх Тихон, считаясь с этим обстоятельством, старался избегать политической вовлеченности в происходящие события. В огне гражданской войны погибали не только военные люди, но и мирные жители. Жертвами междоусобицы стали и многие священнослужители. Помимо митр. Киевского сщмч. Владимира зверски умерщвлены были архипастыри Пермский Андроник (Никольский), Воронежский Тихон (Кречков), Тобольский Ермоген (Долганов), Черниговский Василий (Богоявленский), Астраханский Митрофан (Краснопольский), Орловский Макарий (Гневушев), Енотаевский Леонтий (Вимпфен), Ревельский Платон (Кульбуш). Среди священников первой жертвой Октябрьского переворота пал злодейски убитый 31.10.1917 сщмч. прот. Иоанн Кочуров. В годы смуты погибли также прот. Петр Скипетров, настоятель Казанского собора в Петрограде прот. Философ Орнатский, настоятель московского храма Василия Блаженного прот. Иоанн Восторгов, прот. Николай Конюхов, свящ. Петр Дьяконов из Пермской епархии, иером. Нектарий из Воронежа, петроградский прот. Алексий Ставровский. Зверски замучены были тысячи священнослужителей, монахов и монахинь. 13.10.1918 Патриарх Тихон обратился с посланием к Совету народных комиссаров, в котором выразил скорбь о бедствиях, переживаемых русским народом от братоубийственной смуты, и закончил его призывом к власти обратиться к устроению порядка и законности, дать народу желанный и заслуженный им отдых от междоусобной брани (Акты свт. Тихона. С.151).

Гражданская война, разделившая страну на противостоящие друг другу лагеря, затрудняла связь между Патриархией и епархиальными архиереями, находившимися в городах, занятых белыми армиями. Епархии Сибири и юга России перешли на самоуправление, организуя местные временные высшие церковные управления (ВВЦУ). В нояб. 1918 г. в Томске состоялось Сибирское церковное совещание, на котором было образовано ВВЦУ Сибири и Приуралья во главе с Омским архиеп. Сильвестром (Ольшевским). Совещание постановило, что после прекращения своей деятельности Высшее временное церковное управление обязано во всем дать отчет Святейшему Патриарху. После разгрома войск А. В. Колчака в 1919 г. одни священнослужители эмигрировали, другие, и среди них архиеп. Симбирский Вениамин (Муратовский), епископы Уфимский Андрей, Златоустовский Николай (Ипатов) и Тобольский Иринарх (Синеоков-Андреевский), остались на родине. В мае 1919 г. в Ставрополе состоялся Юго-Восточный русский церковный Собор, на котором было образовано Юго-Восточное ВВЦУ. Его председателем стал архиеп. Митрофан (Симашкевич). Впоследствии почетным председателем Юго-Восточного ВВЦУ был избран митр. Киевский Антоний (Храповицкий), самым влиятельным деятелем ВВЦУ был протопр. Георгий Шавельский, возглавлявший военное духовенство. Через него фактически поддерживались связи ВВЦУ со ставкой главнокомандующего Белой армией генерала А. И. Деникина. После поражения войск Деникина (кон. 1919 г.) Россию покинули митр. Антоний (Храповицкий), архиепископы Волынский Евлогий (Смирнов), Минский Георгий (Ярошевский), еп. Лубенский Серафим (Соболев) и другие архиереи, застигнутые гражданской войной на юге страны. Архиеп. Таврический Димитрий (Абашидзе), архиеп. Полтавский Феофан (Быстров), еп. Севастопольский Вениамин (Федченков) находились тогда в Крыму, в 1920 г. еще занятом белыми. Председатель ВВЦУ митр. Новочеркасский Митрофан (Симашкевич) затворился в мон-ре в Старочеркасске. На родине остались также еще несколько архиереев. После эвакуации войск П. Н. Врангеля из Крыма (нояб. 1920 г.) архиеп. Таврический Димитрий остался в России, а архиеп. Феофан и еп. Вениамин (Федченков), возглавлявший войсковое духовенство, эмигрировали. На исходе гражданской войны в крайне затруднительном положении оказались священнослужители, находившиеся на территориях, занятых белыми армиями, и после поражения белых не сумевшие или не пожелавшие эмигрировать. 26.02.1920 в заключении скончался Омский архиеп. Сильвестр (Ольшевский). Стремясь уберечь пастырей Русской Церкви от вовлеченности в политическую борьбу, Святейший Патриарх еще 25.08.1919 обратился с посланием, в котором призывал архипастырей Русской Церкви отказаться от всяких политических выступлений.

Крайне сложно складывались церковные дела на окраинах страны. Еще в марте 1917 г. без благословения экзарха Грузии Платона (Рождественского) в Мцхете состоялся Собор местных епископов, клириков и мирян, который провозгласил восстановление автокефалии Грузинской Церкви (см. Грузинская Православная Церковь). Временное правительство признало грузинскую автокефалию. 29.12.1917 Патриарх Тихон обратился к грузинским архиереям с отеческим увещанием, в котором, не отвергая принципиальной возможности провозглашения автокефалии, указывал, однако, на канонический путь решения этой проблемы — Всероссийским Собором. Призыв Патриарха Тихона был отвергнут. Лишь в 1943 г. при Католикосе-Патриархе Каллистрате (Цинцадзе) было восстановлено каноническое общение между Русской и Грузинской Церквами, автокефалия Грузинской Церкви была признана Русской Церковью, при этом, однако, решено было не давать согласованной канонической оценки разрыву, имевшему место в 1917 г. Чрезвычайно запутанной в первые послереволюционные годы была картина церковной жизни на Украине. Уже летом 1917 г. Центральная рада Украины стала поощрять церковный сепаратизм. Идея отделения Украинской Церкви от Русской и ее автокефализации как первого этапа к введению унии принадлежала униатскому митр. Андрею Шептицкому и была изложена им в записке, поданной австро-венгерским властям. Впоследствии Директория во главе с С. В. Петлюрой объявила об отмене постановления Всероссийского церковного Собора об автономии Украинской Церкви и провозгласила Украинскую Церковь автокефальной. Арест петлюровской администрацией митр. Киевского Антония (Храповицкого) и архиеп. Волынского Евлогия (Георгиевского) и передача их в качестве пленников польским властям были шагом на пути к автокефализации Украинской Церкви. Из числа сепаратистов был составлен самочинный Свящ. Синод во главе с архиеп. Екатеринославским Агапитом (Вишневским). Синод запретил поминовение за богослужением Патриарха Тихона и митр. Киевского Антония. После прихода в Киев Красной армии украинский Синод распался, архиеп. Агапит, оказавшийся вскоре на территории, занятой армией Деникина, и лишенный там сана за учинение раскола, принес покаяние; т. о., автокефалисты на Украине остались без архиерея. Однако, воспользовавшись новой оккупацией Киева польской армией в апр. 1920 г., клирики и миряне нескольких приходов Киева объявили о создании новой Всеукраинской церковной рады, которая отвергла всех епископов как ставленников Москвы и вновь провозгласила автокефалию. Чтобы пресечь печальное развитие церковных событий на Украине, Патриарх Тихон в 1921 г. временно упразднил автономию Украинской Церкви и установил для нее статус экзархата, назначив экзархом архиеп. Гродненского Михаила (Ермакова), впоследствии митр. Киевского. Автокефалисты, однако, не прекратили своей деятельности. В окт. 1921 г. Церковная Рада по инициативе бывш. петлюровского министра В. Чеховского без согласия священноначалия созвала самочинный «Всеукраинский Собор», в деяниях которого не участвовал ни один епископ. Собор провозгласил автокефалию. 23 окт. в Софийском соборе в Киеве священники совершили лжехиротонию запрещенного женатого прот. Василия Липковского в сан митрополита. На другой день самочинный «митрополит» «хиротонисал» во епископа свящ. Нестора Шараповского. Вдвоем они «рукоположили» Теодоровича (см. Иоанн Теодорович), Ярещенко, Орлика; и так в течение недели появилась лжеиерархия, названная «липковщиной» или «самосвятством». «Самосвяты» захватили до 1500 приходов.

Серьезным потрясением церковной жизни явилось повсеместное вскрытие мощей святых угодников Божиих. 14.02.1919 Наркомат юстиции издал постановление об организованном вскрытии мощей. Вскрытие проводили специальные комиссии в присутствии священнослужителей, составлялись протоколы. Если в результате вскрытия обнаруживалось, что мощи сохранились не в целости, то это обстоятельство в целях атеистической пропаганды выдавалось за сознательный обман и подделку. Всего до июля 1920 г. было произведено 58 публичных вскрытий. 29.07.1920 было издано постановление СНК РСФСР о ликвидации мощей, которое стало затем приводиться в исполнение. За годы гражданской войны число епископов Русской Церкви сильно сократилось: одни архиереи умерли естественной смертью, другие — погибли, третьи — оказались за пределами России. А между тем Поместный Собор постановил значительно увеличить число архиерейских кафедр, в каждой епархии открыть по нескольку викариатств. И постановление это было исполнено, несмотря на, казалось бы, неодолимые препятствия. В 1918 г. совершено было 4 архиерейские хиротонии (примерно столько, сколько совершалось их в дореволюционные годы), в 1919 г.— 14, в 1920 — 30, в 1921 г.— 39 архиерейских хиротоний. Летом 1921 г., после ужасов гражданской войны, русский народ постигло еще одно бедствие — голод. Жестокая засуха дотла выжгла посевы в Поволжье и Предуралье, на юге Украины и на Кавказе. В конце года голодало ок. 20 млн. чел. Свт. Тихон в авг. 1921 г. обратился к российской пастве, к Восточным Патриархам, к папе Римскому (см. Папство) и архиепископу Кентерберийскому с посланиями, в которых призывал провести сборы продовольствия и денег для вымирающего Поволжья. Под председательством Патриарха Тихона был образован Всероссийский комитет помощи голодающим (см. Всецерковный и епархиальные комитеты для оказания помощи голодающим), сумевший организовать эффективную международную помощь. Однако большевистское правительство в действительности заинтересовано было не в средствах для помощи голодающим, а в использовании голода для разгрома Церкви. По указанию Политбюро 23.02.1922 был издан декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей. На этот декрет Патриарх Тихон ответил посланием, в котором призывал храмы жертвовать на помощь голодающим церковные ценности, но не священные предметы. В то же время Патриарх призывал паству не оказывать сопротивления изъятию из храмов даже и святынь (Акты свт. Тихона. С. 190). Власти, однако, сочли издание послания нелегальной акцией. Насильственная конфискация святынь вызвала волнения в народе, во многих случаях отряды милиции или красноармейцев стреляли в людей, пытавшихся отстоять святыни,— пролилась кровь, что послужило поводом для арестов священнослужителей и мирян, которых обвиняли в подстрекательстве к сопротивлению властям. В. И. Ленин потребовал жесточайших расправ над священнослужителями. В Москве 26.04.1922 начался процесс против большой группы благочинных, клириков и мирян, закончившийся смертными казнями. К суду вначале в качестве свидетеля, а потом обвиняемого был привлечен и Патриарх Тихон. Постановления о привлечении к ответственности Патриарха выносили и провинциальные трибуналы, через которые проходили дела о беспорядках, учиненных в разных городах и селах страны в связи с проведением в жизнь декрета об изъятии церковных ценностей. Патриарха стали вызывать на допросы, 9.05.1922 он был подвергнут домашнему аресту на Троицком подворье.

В такой обстановке была осуществлена раскольническая авантюра, спланированная в ГПУ (см. Обновленчество). Не уполномоченная своим правящим архиереем группа петроградских священников — А. Введенский, А. Боярский, Е. Белков — выехала в Москву. По сговору с сотрудниками ГПУ 12 мая петроградские священники явились к находившемуся под домашним арестом Патриарху Тихону и предложили ради пользы церковной оставить Патриарший Престол, лживо утверждая, что ими уже исходатайствовано разрешение на созыв Поместного Собора для устроения пришедших в расстройство церковных дел. В ответ на это требование Патриарх 16 мая временно поставил во главе церковного управления митр. Ярославского Агафангела (Преображенского), назначив его своим заместителем. Митр. Агафангел, получив письмо от Патриарха, приступил к исполнению временного управления Ярославской епархией, но уже в том же месяце был лишен этой возможности, арестован и сослан в Нарымский край. 18 мая петроградские священники А. Введенский, Е. Белков и присоединившийся к ним московский свящ. С. Калиновский вновь явились на Троицкое подворье. Они уговаривали Святейшего передать им Патриаршую канцелярию до прибытия в Москву митр. Агафангела. В конце концов Патриарх уступил просителям, наложив на заготовленное ими прошение резолюцию: «Поручается наименованным ниже лицам принять и передать Высокопреосвященнейшему митрополиту Агафангелу, по приезде в Москву, синодские дела» (Акты свт. Тихона. С. 217). 19 мая Патриарх Тихон был переведен из Троицкого подворья в Донской мон-рь, некоторое время он содержался в тюрьме ГПУ на Лубянке. Резолюцию Патриарха о передаче канцелярии обновленцы объявили актом передачи им церковной власти и, сговорившись с еп. Верненским Леонидом (Скобеевым), случайно оказавшимся в Москве, а также с известным своими модернистскими обновленческими идеями заштатным еп. Антонином (Грановским), заявили об образовании Высшего церковного управления (ВЦУ), которое вскоре въехало в покои Патриарха на Троицком подворье. Для захвата церковного управления на местах ВЦУ направило по епархиям 56 уполномоченных, вменив им в обязанность изгнание архиереев из архиерейских домов и захват православных храмов. Действуя заодно с ГПУ, обвиняя архиереев в контрреволюционности, эти уполномоченные добились удаления из епархий большинства архиереев, верных Патриарху. Вернувшись из Москвы в Петроград, А. Введенский пытался вовлечь в обновленческую авантюру приблизившего его прежде к себе митр. Вениамина (Казанского). 25 мая он предъявил митрополиту «удостоверение» с подписью еп. Верненского Леонида в том, что, согласно резолюции Патриарха Тихона, он является членом ВЦУ и командируется в Петроград по делам церковного управления. Митрополит обратил внимание на отсутствие на этой бумаге подписи Патриарха и отказался признать «удостоверение». А 27 мая за воскресной литургией в петроградских церквах зачитано было послание митр. Вениамина к пастве, в котором священники Введенский и Белков, без воли своего епископа отправившиеся в Москву и принявшие там на себя высшее управление Церковью, отлучались от церковного общения впредь до принесения покаяния. 28 мая в покои митрополита явились представители власти вместе с Введенским: первые — для ареста архиерея, последний — для принятия канцелярии. В обязанности управляющего Петроградской епархией вступил первый викарий митрополита еп. Ямбургский Алексий (Симанский). 10 июня в Петрограде открылся процесс по делу о церковных ценностях с 86 обвиняемыми (см. Петроградский процесс 1922 г.). Трибунал приговорил митр. Вениамина, еп. Венедикта (Плотникова), архим. Сергия (Шеина), прот. Н. Чукова (см. Григорий Чуков), прот. Л. Богоявленского, а также проф. Юрия (Новицкого), Иоанна (Ковшарова), проф. Н. Огнева, И. Елачича к расстрелу, других обвиняемых — к разным срокам лишения свободы, некоторые были оправданы. Четверо из приговоренных к смерти были помилованы, а священномученики митр. Вениамин, архим. Сергий, Юрий Новицкий и Иоанн Ковшаров были казнены.

В обстановке террора половина епископов признала обновленческое ВЦУ единственной канонической церковной властью. Одни при этом действовали в состоянии растерянности, другие — подогреваемые честолюбием, третьи —надеясь ввести обновленческое движение в русло церковной законности и возглавить ВЦУ. 16.06.1922, когда в Петрограде шел судебный процесс, правящие архиереи Владимирский Сергий (Страгородский), Нижегородский Евдоким (Мещерский) и Костромской Серафим (Мещеряков) напечатали в газете «Живая церковь» воззвание, в котором признали каноничность обновленческого ВЦУ и призвали свою паству и всю Русскую Церковь подчиниться ему. Этот документ, получивший название «Меморандума трех», послужил соблазном для многих церковных людей. Признав ВЦУ, митр. Сергий с самого начала проявлял чрезвычайную осторожность и занял выжидательную позицию, не выезжая из Владимира в столицы. Однако в авг. 1922 г. он выступил с решительным протестом против решений съезда живоцерковников (см. Живая Церковь) об отмене постановления Святейшего Синода об отлучении от Церкви Льва Толстого, о допустимости второбрачия для священников и брака для епископов. По распоряжению митр. Сергия в его епархии второбрачные священники извергались из сана, а вступавшие в брак архиереями не признавались, но тем не менее до 1923 г. он не порывал с ВЦУ, по-прежнему признавая его за высшую власть в РПЦ. Только после освобождения Патриарха Тихона из-под ареста митр. Сергий покаялся в содеянном и вернулся в лоно канонической православной Церкви. Из обновленческого раскола через покаяние вернулся 11.09.1924 в Церковь и архиеп. Серафим (Мещеряков). Для архиеп. Евдокима (Мещерского) отпадение в раскол оказалось безвозвратным. 18.06.1922 с посланием «К архипастырям, пастырям и всем чадам Русской Православной Церкви» обратился заместитель Патриарха митр. Агафангел. В послании он объявлял ВЦУ «незакономерным» учреждением и призвал епархиальных архиереев не подчиняться ему и временно перейти на самоуправление, все дела решать самостоятельно, «по совести и архиерейской присяге» (Акты свт. Тихона. С. 220). Благочестивый народ в массе своей не пошел за обновленцами. Храмы, захваченные ими, стояли пустыми, а в православных приходах, сохранивших верность Патриарху, за богослужением продолжали возносить имена изгнанных архиереев. 29.04.1923 в захваченном у православной Церкви храме Христа Спасителя в Москве открылось обновленческое собрание, названное «Поместным Собором». Деловые заседания Собора проходили в III Московском доме советов. В лжесоборе участвовало 476 делегатов, которые разбились на партии: 200 живоцерковников, 116 депутатов Союза общин древлеапостольской Церкви (СОДАЦ), 10 — из «Церкви возрождения», 3 беспартийных обновленца и 66 депутатов, названных «умеренными тихоновцами», православные по убеждениям епископы, клирики и миряне, малодушно подчинившиеся обновленческому ВЦУ. «Собор» вынес приговор о лишении свт. Тихона сана Патриарха и монашества.

Патриарх не признал законности приговора. Обновленческий «суд» над Святейшим Патриархом был замышлен как прелюдия советского суда. Но суд не состоялся. Власти, подвергавшие узника изнурительным допросам и одновременно пытавшиеся договориться с ним, пошли на компромисс: неспособность обновленцев увлечь за собой значительную часть верующего народа, протесты международной общественности и даже угроза войны, обозначившаяся в ноте британского министра иностранных дел Керзона, но гл. обр. все-таки страх перед народными волнениями, которые могли бы последовать за расправой над Патриархом, заставили их отменить уже отрежиссированный процесс над Первосвятителем. При этом имело значение и то обстоятельство, что главные инициаторы антицерковной кампании В. И. Ленин и Л. Д. Троцкий к тому времени утратили власть: Ленин был разбит параличом, а Троцкого оттеснил триумвират вождей второго ряда. Об условиях, на которых власти готовы были освободить Патриарха, дает представление записка, поданная 11.06.1923 председателем Антирелигиозной комиссии ЦК Е. М. Ярославским в Политбюро: «Тихону сообщить, что по отношению к нему может быть изменена мера пресечения, если: а) он сделает особое заявление, что раскаивается в совершенных против Советской власти и трудящихся рабочих и крестьянских масс преступлениях и выразит свое теперешнее лояльное отношение к Советской власти, б) что он признает справедливым состоявшееся привлечение его к суду за эти преступления, в) отмежуется открыто и в резкой форме от всех контрреволюционных организаций… г) выразит резко отрицательное отношение к новому Карловацкому Собору и его участникам, д) заявит о своем отрицательном отношении к проискам как католического духовенства (в лице папы), так и епископа Кентерберийского и Константинопольского епископа Мелетия, е) выразит согласие с некоторыми реформами в церковной области (например, новый стиль)» (Архивы Кремля: Политбюро и Церковь. Кн. 1. С. 282–283). Условия были приняты, в сложившихся обстоятельствах, исключительно трудных для Церкви, Патриарх Тихон счел необходимым пойти на компромисс с властями, обратившись 16.06.1923 в Верховный суд с заявлением, в котором признавал свою вину по советским законам и просил об освобождении его из-под ареста. Святейший сделал этот шаг для того, чтобы, выйдя на свободу, восстановить пришедшее в крайнее расстройство церковное управление и дать отпор обновленческому расколу. Узник был освобожден 25.06.1923.

28 июня Патриарх Тихон обратился к Церкви с посланием, в котором так объяснил свою политическую позицию: «Я, конечно, не выдавал себя за такого поклонника Советской власти, каким объявляют себя церковные обновленцы... но зато я и далеко не такой враг ее, каким они меня выставляют». 1.07.1923 он обратился к пастве с новым посланием, в котором писал, что Русская Церковь аполитична и не желает быть втянутой в политическую борьбу. В послании Патриарх осудил обновленчество и тех эмигрантов, которые толкали Церковь на путь политической борьбы. 15 июля свт. Тихон обратился к пастве с новым посланием, в котором дезавуировал все действия обновленческого ВЦУ. 15.04.1924 Патриарх Тихон издал указ о запрещении в священнослужении и предании церковному суду обновленческих лжемитрополитов Евдокима (Мещерского) и Антонина (Грановского) (Акты свт. Тихона. С. 283, 287, 315–316). После возвращения Патриарха Тихона к отправлению своих Первосвятительских обязанностей его ближайшими помощниками в управлении Церковью, контактах с представителями власти и очищении Церкви от обновленчества стали архиепископы Тверской Серафим (Александров), Уральский Тихон (Оболенский) и еп. Верейский Иларион (Троицкий), которых Патриарх включил в образованный им Временный Синод. После ареста архиеп. Илариона его в Патриаршем Синоде заменил архиеп. Крутицкий Петр (Полянский). Оправданность компромисса, на который пошел Предстоятель Церкви, косвенным образом подтверждается отчетным докладом заведующего 6-м отделением Секретного отдела ГПУ Е. А. Тучкова, поданным в февр. 1925 г. В нем он дает такую характеристику «тихоновцам», которая по сути дела свидетельствует о том, что компромисс, на который пошел Патриарх, принес для Церкви свои плоды, а власть оказалась по существу стороной проигравшей: «В настоящее время тихоновская церковь... приобрела вновь вид идеологического и органического целого. Иерархический аппарат значительно восстановлен: почти в каждой губернии есть один, а иногда и несколько тихоновских епископов. Последние всячески стремятся создать на местах нормальные церковные административные аппараты, по типу бывш. Епархиальных управлений… В числе вновь посвященных епископов встречается много лиц с большим антисоветским прошлым… В настоящее время тихоновщина выкристаллизировалась как антисоветская группировка» (Архивы Кремля:Политбюро и Церковь. Кн. 2. С. 442).

В кон. 1924 г. здоровье Святейшего Патриарха ухудшилось. 13 янв. он переехал из Донского мон-ря в частную клинику Бакуниной на Остоженке. Тем временем Синод вел переговоры с Тучковым об издании нового обращения к пастве от лица Патриарха. При этом на Святейшего власти оказывали давление, его допрашивали, предъявляли ему уголовные обвинения, угрожали новым арестом и судом. 7.04.1925 состоялось экстренное заседание Синода, на котором обсуждался проект обращения Патриарха. После заседания Святейший Патриарх Тихон скончался. Он был погребен в Малом соборе Донского мон-ря. Отпевание совершили 56 архиереев и около 500 пресвитеров.

Источник: Русская  Православная Церковь в новейший период: 1917-1999//Православная Энциклопедия. Русская Православная Церковь. М., 2000


Форумы