• Источник:
  • Сергей Игнатов — специально для Седмицы.Ru

В пригород Нью-Йорка съехались тысячи иудеев в дни поминовения ребе Шнеерсона

На 25-летнюю годовщину его упокоения люди ждали часами в очередях, чтобы поклониться его праху, помолиться и оставить записку

НЬЮ-ЙОРК. В пригород Нью-Йорка съехались тысячи иудеев в день поминовения последнего Любавичского раввина Шнеерсона: на 25-летнюю годовщину его упокоения люди ждали часами в очередях, чтобы поклониться его праху, помолиться и оставить записку, сообщает religionnews.

Ребе Менахем-Мендл Шнеерсон, чаще упоминаемый как Любавичский ребе – седьмой и последний ребе Хабада и один из виднейших еврейских деятелей XX века,благодаря которому были открыты центры хасидского движения Хабад во многих городах Европы и Америки. Роль ребе Шнеерсона в мировом еврейском движении считается выдающейся: после его смерти она была признана золотой медалью Конгресса США. Некоторые из его последователей считают его мессией, а часть из них даже не признает его физической смерти.

В соответствии с мнением еврейских законоучителей, считается, что Машиах, хотя и не раскрытый, присутствует в каждом поколении евреев и обладает несколькими признаками. В частности, это выдающийся праведник, духовный лидер поколения и потомок Давида, то есть представитель династии царей Израиля. Поскольку ребе Шнеерсон действительно являлся незаурядной личностью, лидером и духовным наставником сотен тысяч евреев, многие из его последователей стали воспринимать его как возможного Освободителя. В апреле 1992 года было даже принято раввинское постановление о том, что Любавичский ребе официально считается возможным мессией – Машиахом («бехезкат Машиах»), хотя согласились с этим постановлением далеко не все последователи Хабада. Возникли истории о том, что кто-то видел ребе. Так, в видеозаписи, снятой на сотовый телефон 16 ноября 2006 года, некоторые усматривают мелькнувший силуэт ребе во всемирном центре движения Хабад «770».

92-летний Ребе Шнеерсон скончался 12 июня 1994 года в Нью-Йорке, и в этом году отмечается 25-летняя годовщина его смерти. В тихом пригороде Квинс в эти дни по улице, ведущей к кладбищу, продолжает идти постоянный поток посетителей, приехавших со всех уголков страны и мира к скромной гробнице ребе Шнеерсона. По иудейскому календарю, в этом году годовщина его смерти отмечалась 6 июня, но очередь желающих ненадолго зайти в мавзолей, помолиться и оставить записку все не иссякает.

«Никто не приезжает сюда праздно, все приезжают движимые каким-то духовным делом и заботой, – говорит Ривка Гринберг (Rivkа Greenberg), 19-летняя иудейка из Анкориджа (Аляска), специально приурочившая свой отпуск к годовщине ухода ребе из земной жизни. Гринберг выросла в семье, исповедующей ортодоксальный любавичский хасидизм, и уже далеко не первый раз приезжает к гробнице ребе Шнеерсона, чтобы возобновить духовную связь с ним, которая многое ей дает, по ее словам. «Это не туристический объект, – подчеркивает Гринберг. – Здесь редко бывает так, чтобы человек пришел к могиле и ничего не ощутил».

25-летняя годовщина ухода ребе Шнеерсона широко отмечалась по всему миру, в особенности в социальных сетях Израиля, которые заполонили выражения поклонения и преданности от известных политиков и комментаторов. «Он был образцом великой любви к Израилю, – говорит Юли Эдельстейн (Yuli Edelstein), спикер парламента в Израиле, эмигрант из Советского Союза. – Он вдохновлял и вдохновляет еврейскую нацию своей великой верой в вечные духовные ценности, которые хранили наш народ многие тысячелетия, и будут вечно защищать и впредь».

После смерти ребе Шнеерсона, один из членов местной иудейской общины приобрел дом на окраине кладбища для посетителей его гробницы, понимая, что их поток будет только расти с годами. По некоторым подсчетам, сюда приезжает не менее 400 тысяч посетителей в год, а в дни 25-летней годовщины этот поток возрос до 50 тысяч в день. Дом и двор близ мавзолея был переоборудован и укрыт крышей, а образовавшееся помещение оснащено кондиционерами, простейшими удобствами и скамьями для посетителей, где они могут ожидать своей очереди и писать записки. Отсюда они проходят к мавзолею Ребе Шнеерсона – скромному сооружению из серого камня, внутри которого в белокаменном углублении оставляют записки для ребе. Время от времени служители собирают эти записки и сжигают, не читая.

В дни 25-летней годовщины на дороге к мавзолею установили белые тенты с вентиляторами и видеоэкранами, чтобы посетители могли с удобствами дожидаться своей очереди. По словам раввина Залмана Шмоткина (Zalman Shmotkin), представителя хасидского направления Хабад-Любавич, все здесь устроено предельно скромно и неброско, ибо таким и был ребе Шнеерсон в своей земной жизни. «Он служил Богу, ища святости через простоту и тщательно избегая любой роскоши, богатства и излишеств, – подчеркивает Шмоткин, – а потому его быт был предельно простым, даже скудным».

 

Форумы