• Источник:
  • Сергей Игнатов — специально для Седмицы.Ru

Католическая церковь Филиппин разделена по вопросу борьбы с наркотиками

В епархиях некогда влиятельной церкви разноголосица мнений, а у граждан кризис доверия к ее институтам

 

МАНИЛА. Католическая церковь Филиппин разделена по вопросу борьбы с наркотиками: в епархиях некогда влиятельной и единой церкви разноголосица мнений, а граждане испытывают кризис доверия к церкви на фоне продолжающейся войны с наркодилерами и наркоманами, в которой уже погибло не менее 3600 человек от рук полиции и добровольцев, сообщает сайт Christiantoday.

Основной наркотик, которым пользуются наркодельцы на Филлипинах – это хлорид мета-амфетамина, известный там под названием «шабу». В стране проживает третья по численности католическая община, то есть почти каждый восьмой из десяти жителей этой 100-миллионной страны является католиком. По данным недавнего опроса, проведенного агентством Social Weather Stations, 84 процента респондентов высказали полную или частичную удовлетворенность результатами войны с наркотиками, хотя большинство из них и признало, что испытывает «тревогу» в связи с убийствами наркоманов и наркодельцов.

Президент Родриго Дутерте, который в свою бытность мэром заслужил в народе прозвище «каратель» и однажды охарактеризовал сложившуюся на Филиппинах ситуацию с наркотиками как «пандемию», развернул в стране кампанию по борьбе с наркотиками после своей инаугурации в июне этого года. За это время сотни тысяч людей уже добровольно сдались полиции, чтобы избежать смерти от рук «бдительных» и просто тех из граждан, кто стремится получить поощрительные правительственные премии за их головы.

Архиепископ Сократес Виллегас, президент Конференции епископов Филиппин, в своем пастырском обращении, оглашенном в церквях еще в августе, указывает, что церковь «глубоко озабочена тем, что страна превращается в полигон охоты на людей». Он также говорит в этом обращении: «Разве мы не видим, что всякая гуманность теряет смысл в ситуации, когда звучат кровожадные призывы к убийцам не останавливаться и лить все больше крови? Разве не будут меня теперь за эти слова мысленно убивать опять и опять в социальных сетях? Нам говорят, что мы поколение наркоманов, но должны ли мы теперь превратить себя в поколение уличных убийц? И может ли законодательная система, поощряющая убийц в стиле «сделай сам», обеспечить нам безопасное и лучшее будущее?»

Президент Дутерте, который давно уже не ходит в церковь и однажды признался, что подвергался сексуальному насилию в церкви в юности, не обратил ни малейшего внимания на слова архиепископа. Дутерте пользуется в стране поддержкой 76 процентов населения по данным последнего соцопроса, проведенного на прошлой неделе, а его война против наркотиков горячо одобряется большинством жителей страны.

Но многие священники не знают, как относиться к убийствам в ходе этой войны и как обсуждать их в проповедях. В свое время католическая церковь помогла изгнать двух лидеров страны, но теперь священники в растерянности. В своих интервью, более десятка священников Филиппин признали, что не знают, как выступить против тысяч убийств в войне с наркотиками, которая пользуется такой мощной поддержкой со стороны граждан. Церковь уже не может, как тридцать лет назад, возглавить «революцию народной мощи», которая тогда свергла диктатора Фердинандо Маркоса, или организовать народное движение, подобное тому, которое в 2001 году свергло президента Джозефа Эстрада.

Отец Лучиано Феллони, приходской священник из Манилы, говорит, что не меньше 30 человек, включая ребенка и беременную женщину, уже убиты среди его соседей и прихожан. «У нас все охвачены страхом, поскольку идут внесудебные расправы по произволу каких-то активистов из так называемых «бдительных», и каждый может стать их жертвой в любой момент, - говорит священник. - У людей нет никакой возможности защитить себя от расправ». Еще один священник, побоявшийся назвать свое имя из-за страха возмездия, сообщил, что в его приходе опасно вообще высказывать сомнение в пользе этих убийств, потому что каждый усомнившийся может стать очередной жертвой.

Но некоторые священники поддерживают кампанию по борьбе с наркоманией. Так, отец Жоэль Табора из города Давоа, где 22 года служил мэром нынешний президент Дуерте, и где порядка 1400 человек было убито с 1998 года в операциях по борьбе с наркотиками и преступностью, говорит: «Следует ли считать эти меры такими уж незаконными? Люди гибнут, и это правда, но, с другой стороны, миллионам людей оказывается помощь».

Отец Франциск Лукас, приходской священник церкви Сан-Фелиппе-Нери в Маниле, говорит, что страна оказалась в глубоком кризисе морали с тех пор, как происходят эти убийства, и при этом неизбежно падает моральный авторитет церкви. «Почему все ждут от церкви каких-то активных действий, когда никто другой не действует? Да, у нас всегда было определенное влияние, но времена изменились». Следует отметить, что влияние церкви снижалось уже давно, еще до войны с наркотиками: так, одним из знаков ослабления ее былого влияния на светские дела стало ее поражение в попытке противостоять законопроекту о поддержке контрацепции в 2012 году.

Представитель президента по контактам с общественностью Эрнесто Абелла сказал, что церковь никто не ограничивает, она может делать любые заявления, и нет никаких оснований полагать, что кто-то из священников может подвергнуться гонениям за свои слова. «Но церковь должна принимать во внимание тот факт, что последние опросы подтверждают, что люди нашей страны поддерживают и ценят усилия президента, а потому противникам войны с наркотиками следует учитывать это и не ждать, что люди их поддержат. Потому мы надеемся на разумные и взвешенные подходы к этим вопросам у служителей церкви».

Сам президент Дутерте в своей речи в понедельник в городе Замбоанга заявил, что не остановит борьбу. «Я принимаю близко к сердцу тот факт, что многие группы и отдельные граждане, и в том числе священники и епископы, осуждают нас за большое количество жертв в операциях против наркотиков, - сказал президент. – Но, если я остановлюсь, то следующее поколение будет потеряно для страны».

Форумы