К 5-летию Первосвятительского служения Святейшего Патриарха Кирилла

О Предстоятеле Русской Православной Церкви рассказывает митрополит Волоколамский Иларион



1 марта 2014 г. исполняется пять лет со дня интронизации Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. О служении Предстоятеля Русской Православной Церкви в интервью для телепрограммы «Православная Энциклопедия» рассказал председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион.

— Владыка, история Церкви наглядно показывает, что каждое время выбирает своего Патриарха. Как бы вы охарактеризовали основные вызовы современности, на которые сегодня должна ответить Церковь голосом нашего Святейшего Патриарха Кирилла?

Если говорить о том, что происходит в России и других странах, входящих в каноническую территорию Русской Православной Церкви, то мне кажется, что самая серьезная наша проблема заключается в том, что заявленное и заявляемое наше Православие далеко не всегда отражается в реальной жизни людей. То есть происходит вот что. Согласно статистике, как минимум 70 % населения России (а в некоторых республиках бывшего Советского Союза этот процент гораздо выше) заявляют о себе как о православных. Но, что означат эта принадлежность к Православной Церкви? Это, прежде всего, некая культурная самоидентификацию людей, многие из которых при этом остаются совершенно чуждыми Церкви. И проблема заключается не только в том, что эти люди, называя себя православными, не ходят в церковь, не участвуют в церковных таинствах. Главная проблема состоит в том, что Православие почти никак не влияет на их образ жизни. Преодолеть этот колоссальный разрыв между Православием номинальным и Православием реальным, то есть, чтобы люди в своей жизни руководствовались евангельской нравственностью, руководствовались духовно-нравственными нормами Православной Церкви, – вот основная задача. Я думаю, что решению именно этой задачи уделяет основное свое внимание Святейший Патриарх Кирилл. Именно в этом, как мне кажется, — главная мотивация его миссионерской, просветительской деятельности.


— А какие качества нашего Патриарха, по-вашему, сегодня наиболее востребованы в обществе?

Я думаю, прежде всего, востребована его способность говорить с самыми разными аудиториями на таком языке, который понятен всем. Патриарх говорит не какие-то отвлеченные теоретические вещи. Он говорит о тех проблемах, которыми живут люди. Если бы Патриарх развивал, скажем, чисто академическую ученость в своих проповедях, то его слова не доходили бы до широкого слушателя. Если бы он говорил только на чисто церковные, чисто богословские темы, то его проповедь не была бы услышана огромным количеством людей, которым нужны какие-то более простые, более близкие их сердцу и их жизни вещи.

— Владыка, вы один из самых ближайших помощников нашего Святейшего Патриарха, расскажите, пожалуйста, как вы познакомились, какой была ваша первая встреча с ним, какими были ваши первые впечатления?

Вы знаете, я, честно говоря, не помню первую встречу с будущим Патриархом — я тогда учился и преподавал в Московской Духовной Академии, потом поступил в аспирантуру Академии, которая тогда находилась при ОВЦС. Поэтому я часто видел его, но какого-то близкого общения с ним тогда у меня не было. Но в моей памяти очень отчетливо запечатлелась моя первая реальная встреча с нынешним Святейшим Патриархом, когда я вернулся после учебы в Оксфорде. Я зашел в ОВЦС, совершенно не надеясь его увидеть, потому что митрополит Кирилл был такой величиной, таким светилом, что простому иеромонаху просто так встретиться с ним казалось вообще невозможным. Я зашел в отдел в гости к своим знакомым — к отцу Всеволоду Чаплину, который здесь тогда работал, к другим коллегам. Меня встретила также Вера Ивановна – секретарь митрополита Кирилла. Я сказал ей, что учился в свое время в аспирантуре, теперь вернулся из Оксфорда, и мне хотелось бы когда-нибудь прийти на прием к митрополиту. Она сказала, что владыка Кирилл очень занят, может быть, через месяц, через два можно будет прийти к нему на прием. После этого я пошел пообедать в столовую отдела. Только я сел обедать, как вбежала Вера Ивановна со словами: «Вас ждет митрополит!» И вот я захожу в кабинет владыки, и он мне говорит: «Отец Илларион, я вас давно ждал, я следил за вашей учебой в Оксфорде. Я вам не писал, потому что у меня не было вашего адреса». Он ко мне сразу отнесся с необыкновенной теплотой. И сразу сказал: «Давайте работать вместе. Мне очень нужен такой человек, как вы — с богословскими знаниями. У нас раньше отец Виталий Боровой исполнял роль моего основного помощника по богословским вопросам, но теперь он состарился. Поэтому давайте работать вместе. Я вам дам еще две недели, чтобы вы чуть-чуть передохнули, а с 15 сентября приступайте к работе». Так я начал работать под его началом. Было это в 1995 году.


А как складывается рабочий день Патриарха?

Рабочий день Патриарха складывается очень напряженно. И мне не раз приходилось задаваться вопросом: как он вообще вмещает столько событий, столько впечатлений, столько трудов в течение одного рабочего дня? Я часто вижу, что, например, происходит в поездках, когда он с самого утра и до позднего вечера встречается с людьми, совершает богослужения, знакомится с документами. Вот, например, перед его поездкой в Сирию и Ливан мы подготовили для него досье, которое включало в себя 45 обширных документов — это был целый том, и он успел прочитать его, пока летел в самолете!

Разного рода встречи — с политиками, лидерами конфессий, простыми людьми — отнимают очень много времени. Ведь с каждым нужно о чем-то говорить. Причем, говорить не просто на какие-то протокольные темы, нужно, чтобы каждая такая встреча дала какой-нибудь конкретный результат. Все эти труды Патриарха, конечно, превышают человеческие силы. Просто сложно представить, как один человек может на своих плечах нести такой колоссальный груз.

Патриарх очень много ездит по России, по другим странам канонической территории Русской Церкви. Он ездит не с какими-то туристическими или даже паломническими целями, а для того, чтобы увидеть, как живет Церковь в самых разных краях. За пять лет своего Патриаршества он посетил такие места, куда вообще никогда в истории не ступала нога Предстоятеля Русской Церкви, прежде всего — многие удаленные регионы Сибири и Дальнего Востока.

Почему, собственно, он начал процесс разукрупнения епархий, разделения больших епархий на несколько? Потому что увидел своими глазами, как живут люди в этих удаленных местах. Увидел, что архиерею зачастую приходится преодолевать огромные расстояния, чтобы побывать на приходах своей епархии. Как быть, если у него расстояние от одного прихода до другого — сотни километров, несколько часов перелета самолетом? А ведь были у нас такие епархии до недавнего времени. И как быть, когда в епархии более шестисот приходов, и архиерей просто не в состоянии их все посетить, не может запомнить имена всех своих священников.

Колоссальная нагрузка лежит на нашем Святейшем Патриархе.


А хватает ли у Патриарха времени отвечать на письма простых людей, на их вопросы, или это делают его помощники?

У него удивительным образом на все хватает времени, которое он очень рационально расходует. Хотя, конечно, кое-что он делегирует своим помощникам. Но он сам контролирует весь рабочий процесс. И опять же поразительно, насколько тщательно он вникает в те вопросы, которые ему приходится решать. Часто мы готовим какие-то документы, которые, как мы предполагаем, имеют вполне законченный вид и требуют лишь формального его одобрения. И вдруг нам возвращается тот или иной документ с поправками, вопросами, замечаниями, предложениями что-то откорректировать, и мы понимаем, что он не просто эту бумагу пропустил в ряду других бумаг, а что он с ней внимательно ознакомился, вник и принял какие-то решения, и нам придется теперь корректировать свои действия.

Вот так складывается наша совместная с ним работа. Он никогда не подходит к вопросу формально. И очень часто оказывается, что ты предполагаешь или предлагаешь что-то одно, а Святейший Патриарх говорит, что делать надо совсем по-другому, и понимаешь, что он прав.


— Однажды в одном из интервью Святейший Патриарх Кирилл сказал слова, которые некоторых даже смутили: «У Патриарха не может быть друзей, у него паства». Как вы думаете, что стоит за этими словами?

На эту тему было много всяких спекуляций: дескать, раз у Патриарха нет друзей, то, значит, он нелюдимый человек. На самом деле, у Патриарха друзей очень много, но это не друзья в общепринятом смысле. То есть, это не те люди, с которыми можно просто посидеть дома и попить чай. Дело в том, что вся его жизнь подчинена служению Церкви. И в этом смысле, он, будучи монахом, конечно, всегда остается в личном плане одиноком. Это вообще в значительной мере относится к любому монаху, любому архиерею. У архиерея нет семьи, нет близких людей в обычном понимании этого слова. И в этом смысле каждый монах, каждый неженатый священнослужитель, каждый архиерей обречен на определенное одиночество.

Но это одиночество преодолевается, во-первых, общением с Богом, потому что, как говорит Симеон Новый Богослов, «монах никогда не одинок, потому что он пребывает один наедине с Одним». И человек, который живет в таком непрестанном предстоянии Богу, непрестанном служении Ему, в этом смысле отнюдь не одинок. Хотя и остается одиноким по человеческим меркам.

Конечно, Патриарха окружает огромное количество людей, в том числе у него есть очень близкие люди, те, с кем он советуется, с кем он ежедневно общается. Ноназвать их друзьями в чисто человеческом, бытовом смысле, конечно, нельзя. Опять же подчеркну, что у Святейшего все подчинено идее служения Церкви и служебного долга.


Современный мир очень быстро меняется, и каждый день происходит очень много событий. Успевает ли Патриарх за всем этим следить? Я имею в виду, слушает ли он радио, смотрит ли телевизор, читает ли новости по Интернету?

Патриарх за всем следит, он смотрит телевизор, слушает радио, смотрит Интернет. Кроме того, различные отделы нашей Церкви регулярно снабжают его нужной информацией. Вот, например, наш отдел - ОВЦС. Одна из наших обязанностей – давать Патриарху информационные сводки. Одно время мы эти сводки делали еженедельными. Потом Патриарх сказал, что эти сводки должны быть ежедневными, и мы каждый день готовим для него обзор основных событий в христианском мире и вообще в религиозной сфере. Он не только всегда хорошо информирован, но зачастую информирован гораздо лучше, чем те люди, которые сами должны его информировать. Очень часто мне приходилось от него узнавать то, что я должен был ему докладывать, но опаздывал сделать это.

Это касается только событий религиозной жизни или и политических событий тоже?

Всех.

А культурная жизнь интересует Патриарха?

Культурная жизнь очень интересует Патриарха. И не только в плане информации. Он лично бывает на концертах. Он хорошо разбирается в музыке. Он знаком почти со всеми нашими ведущими художниками и кинорежиссерами, многими композиторами и музыкальными деятелями. Ведь именно он создал Патриарший Совет по культуре именно для того, чтобы интенсифицировать диалог Церкви с миром культуры. Это тоже один из приоритетов его исключительно многогранной деятельности.

Форумы