«Оттепель» или «зима»? И.Шафаревич о хрущевских гонениях на Церковь (Телепрограмма, 19.06.04) (комментарий в интересах нации)

Игорь Шафаревич (фото -
Игорь Шафаревич (фото - "Православие.Ru")

Интервью Игоря Шафаревича радиокомпании Би-Би-Си от 26.09.1977 г.

перевод с английского

Передавалось по внутренней программе ВВС "Everyman" 02.10.1977

- Существуют ли в СССР ограничения свободы совести?

Шафаревич И.Р.: Ответить на Ваш вопрос не просто - и вот почему. Я хотел бы сообщить Вам не свои впечатления, а факты, на основании которых Вы могли бы сами сделать выводы. Самый убедительный ответ был бы, например, такой: вот число верующих, а вот число действующих церквей - судите, достаточно ли их. Но эти цифры являются секретом - ни представители властей, ни церковные деятели их не сообщают. Я мог бы рассказать Вам о некоторых конкретных фактах, которые стали мне известны, - но тогда встает вопрос, типичны ли они или представляют исключение?

К счастью, есть информация, которая опубликована и касается самой сути нашей проблемы, - это законы, регулирующие положение религии: о них я и скажу. Начнем с Конституции. Общее положение о свободе совести конкретизировано там в том смысле, что за гражданами признается свобода "отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды". Это противопоставление подчеркивает, что верующим разрешается лишь "отправление культа". Но христианство - не магия, когда вполне достаточно произвести в храме определенные действия. Христианство - это образ жизни, и вера христианина проявляется не только в посещении церкви, но и в его жизни, в частности в том, что он воспитывает детей в своей вере, участвует в благотворительности или проповедует веру. Но Конституция санкционирует лишь антирелигиозную пропаганду, которая действительно ведется в грандиозном масштабе. Издается множество книг антирелигиозного содержания, несколько постоянных журналов посвящено исключительно пропаганде атеизма, по всей стране - по городам и деревням - разъезжают лекторы-антирелигиозники, атеизм включен в программы средней и высшей школы.

- Каково содержание этой пропаганды?

Шафаревич И.Р.: Она пытается доказать, что религиозное мировоззрение противоречит научным фактам или вредно влияет на жизнь, что Христа никогда не существовало, что Церковь всегда играла самую отрицательную роль в истории, пытается опорочить личность живущих сейчас священников, например, о.Дмитрия Дудко. И на всю эту грандиозную богоборческую деятельность верующие не имеют права даже ответить, ибо это выходило бы уже за рамки "отправления культа". Более того, она ведется на средства населения, большую часть которого составляют верующие, оплачивающие направленную против них пропаганду!

Общие положения Конституции детализируются в законах и инструкциях. Они все собраны в книге, выпущенной издательством "Юридическая литература", на которой я и основываюсь. Вот несколько типичных положений. Церковь или религиозная община не имеет прав юридического лица и не может обладать собственностью: все, чем она пользуется, является собственностью государства. Так что ценные пожертвования верующих не только не принадлежат религиозной общине, но она еще ответственна за сохранение этого государственного имущества, которое после ликвидации общины переходит к государству. Запрещено обучение детей религии (речь идет о частном обучении при церкви или дома). Комментарий к закону считает обучение допустимым лишь при таких условиях: чтобы обучалось не более 3 детей (а как раз в религиозных семьях их бывает и 10) и чтобы обучали только родители своих детей (а значит, например, не бабушка - внука!). Нарушение этого закона карается принудительными работами до одного года. Церковь не имеет права заниматься благотворительностью и организовывать медицинскую помощь. Руководители религиозной группы могут собраться для обсуждения своих дел только с разрешения властей и только представив предварительно повестку собрания. Не легче положение священника. Например, он не может без специального разрешения властей причастить больного у него дома, в больнице или в тюрьме. Исключение может быть сделано только для тяжело больных или умирающих, если обряд будет происходить в "особо изолированном помещении".

И вся эта сеть законов и инструкций, обеспечивающих государственный контроль над каждым проявлением религиозной жизни, носит название: "Законодательство об отделении церкви от государства"!

- Сталкивались ли Вы лично с теми трудностями, которые встречают верующие?

Шафаревич И.Р.: Извините, мне не хотелось бы говорить о себе лично, но я скажу о том, что мне рассказывали мои друзья и знакомые и что я много раз наблюдал сам. Мне кажется, что самая болезненная проблема связана с детьми. Детей необычайно влечет к себе церковь, богослужение, они бывают глубоко потрясены встречей с Богом. Но вот они попадают в школу и, начиная с младших классов, сталкиваются с атеистической пропагандой. Они не только слышат на уроках, но должны и сами рассказывать о легенде о Христе, выдуманной богатыми, чтобы легче эксплуатировать бедных и т.д. и т.д. Обычно это бывает очень мало убедительно, - думаю, и для самих учителей. Но очень немногие дети способны ради своих еще смутных чувств идти на открытый конфликт со взрослыми, учителями. Они чувствуют одно, а говорят другое, у них возникает чувство раздвоенности, нечестности.

Войдите в положение верующих родителей: что им делать? Отказаться от приобщения детей к религии, от того, что сами они считают самым важным в жизни? Взять детей из школы, учить их частным образом? - это противоречит закону об обязательном обучении. Приучать детей ко лжи? Выхода нет - всегда страдают дети, родители и страна, в которой граждане с детства приучаются к двоедушию.

- Почему государство боится разрешить христианам свободно исповедовать их веру?

Шафаревич И.Р.: Прежде всего, я хочу подчеркнуть, что вопрос верно сформулирован: здесь действительно речь идет о страхе. Я приводил пример инструкции, которая запрещает священнику причастить умирающего, если для этого нет "специально изолированного помещения". Как это понять, - почему необходимо изолированное помещение, да еще как-то "специально (как?) изолированное"? Очевидно, авторы инструкции верят в то, что одно присутствие при том, как совершается причастие, способно глубоко повлиять на людей - так сильно, что вся мощь государственной антирелигиозной пропаганды не способна перевесить этого впечатления.

Мне кажется, власти правы, оценивая религию как величайшую силу. Вот пример. В городе Горьком лет 8 назад верующие начали ходатайствовать об открытии церкви. Они писали, что в городе с населением более 1 миллиона человек фактически нет церквей - три маленькие церкви находятся далеко на окраинах. Под ходатайством они собрали больше 1500 подписей - и не добились ничего, кроме угроз и неприятностей по службе. Теперь они начали все сначала, собрали почти 3000 подписей и сейчас добиваются ответа от властей (пока безрезультатно). Может быть, для вашей страны это небольшие цифры, но для нашей - огромные. Ни под одной петицией, посвященной правам человека, не удавалось собрать больше, чем 1/10 этого числа подписей. И так всегда: когда речь идет о Церкви, поддержку оказывают тысячи и тысячи людей.

- Почему Церковь пользуется такой поддержкой?

Шафаревич И.Р.: Мне кажется, у нас религия играет не совсем ту же роль, что на Западе. Одни люди устали от материалистического духа жизни, они ищут в религии духовных ценностей. Другие стремятся через православие соприкоснуться с русской национальной традицией, которая так долго подавлялась. Третьи видят в православии основу русской культуры. Религия исполняет в духовной жизни страны много функций, кроме основной - связи человека с Богом. Религия является сейчас самой мощной духовной силой. И здесь возникает действительно трагическая ситуация для всей страны.

Причем, как ни тяжело положение верующих, ТРАГИЧНА эта проблема не столько для них, сколько для всей страны и всего народа. Верующие могут понять гонения как посланное им испытание и найдут силы его перенести. Но весь народ - можно ли его лишать основы его духовной жизни? Трудно представить себе человека, который первую половину жизни вдохновлялся одними принципами, потом сменил их на противоположные и столь же ревностно следовал им. Обычно в таком случае люди становятся разочарованными, духовно разбитыми. Так же и целый народ, и страна. Россия возникла как православная страна и такой была почти 1000 лет. Невозможно себе представить, чтобы она могла остаться духовно здоровой, потеряв связь с православием. Казалось бы, никакая власть не может желать духовного ослабления народа, хотя бы потому, что за этим неминуемо наступает физическое ослабление. Но сила атеистических верований слишком велика.

- Расскажите о конкретных случаях преследований людей за их веру.

Шафаревич И.Р.: Члены "Комитета защиты прав верующих", с которыми Вы будете разговаривать после меня, могут рассказать об этом лучше, чем я. Я же хочу сделать только одно общее замечание. В православии - конечно, и в христианстве вообще, но особенно в православии - тяжелейшим грехом считается гордыня, и одной из высших добродетелей - смирение. Поэтому для православных очень трудно говорить о жертвах, принесенных ими ради веры. Это издавна так. Например, в XVII в., во время раскола, вожди раскольников упоминали о страшных пытках и преследованиях, которым они подвергались - обычно с иронией, как о чем-то не достойном серьезного отношения, - чтобы не проникнуться гордостью за свое мужество. Ввиду этой психологической особенности сведения о тех испытаниях, которым подвергается православие, всегда были и, вероятно, будут очень фрагментарными.

Вот несколько примеров. У меня есть один документ, составленный группой православных. Это список мучеников православной Церкви, о которых составители смогли собрать сведения. Он очень лаконичен: имя, духовный сан, дата, место и вид мученической смерти. Конечно, я не имел возможности проверить эти сведения, но я знаю, как добросовестны бывают в таком случае верующие,поэтому я верю составителям. Документ этот составлен не в пылу борьбы, не под влиянием мстительности или гнева, а для совершенно конкретной цели: поминовения этих мучеников. Типичные записи такие:
Епископ Амвросий Гудко 1919 г. г. Свияжск Умерщвлен, будучи привязан к хвосту лошади
Игумен Евгений и с ним 5 иноков Третий день по Пасхе, 1918 г. Александро-Свирский монастырь Олонецкой губ. Лодейнопольского уезда Вырыли себе яму, во время расстрела пели "Христос Воскрес"
Свящ. Леонид Серебренников На Рождество 1919 года с. Лермонтовка, станция Розенталовка, ок. Хабаровска
Один этот список охватывает более 8000 человек. И вот я думаю - о скольких из них стало известно на Западе и вообще во "внешнем мире"? Буквально о нескольких, о единицах.

Вот пример ближе к нам по времени. Когда Хрущев начал новое гонение на Церковь и за 1-2 года было закрыто более половины всех православных храмов, против этого поднял голос митрополит Николай - в то время второе лицо в церковной иерархии после Патриарха. Немедленно он лишился своего положения, контакты с ним стали для приезжающих иностранных церковных деятелей затруднительны, а вскоре и вовсе невозможны. Скоро он скончался. В то же гонение архиепископ Андрей был присужден к 8 годам тюрьмы. Много ли внимания привлекла их судьба?

Вот, наконец, пример и вполне современный. Более 10 лет назад епископ Гермоген занял твердую позицию, не допуская вмешательства властей в церковные дела. Он лишился своей епархии и был направлен в Жировицкий монастырь. Это было предписание не советских, а церковных властей, и удерживает его в монастыре не физическое принуждение, а церковная дисциплина. Но он находится более 10 лет в условиях довольно строгой изоляции, - и я не слыхал, чтобы на Западе об этом были запросы, печатались статьи в газетах или создавались комитеты.

Поймите меня, пожалуйста, правильно. Я вовсе не хочу сказать, что все объясняется равнодушием общественного мнения Запада к судьбе православной Церкви. Сейчас я хочу как раз подчеркнуть другую причину: вы здесь сталкиваетесь с очень необычной психологией, совершенно отличной, например, от более понятной вам, вероятно, диссидентской психологии. Верующий, пострадавший за свою веру, просто не может рассказывать об этом на пресс-конференции. Но я хочу вас предупредить, что благодаря этому то, что вы узнаете, всегда будет лишь маленькой частью картины, которую всю целиком вы должны попытаться представить себе сами.

- Мы видели церкви - и православные и баптистские - переполненные народом, торжественное богослужение, никем не прерываемое. Как это согласуется с тем, что Вы нам рассказывали?

Шафаревич И.Р.: Мне кажется, не только согласуется, но одно с необходимостью вытекает из другого: чем больше верующих и чем меньше церквей, тем больше народа будет в каждой церкви. Вы были только в Москве, - а в провинции теснота в церквах еще больше. На праздники же вокруг церквей собираются огромные толпы верующих, для которых внутри не оказалось места.

Богослужение, как правило, не нарушается. Исключения бывают, Вы, вероятно, и недавно о них слышали, но это действительно исключения. Этому соответствует весь дух законодательства о религии и всей политики властей: стремление превратить религию в "отправление культа", ограничить ее действие стенами храма. Посетитель церкви, как правило, не столкнется ни с каким видом преследований, если вне храма его вера ни в чем не будет проявляться: если он будет посещать атеистические лекции и даст своим детям атеистическое воспитание; если он не будет возражать, когда уволят священника, на службы которого собиралось очень много народа; если он не будет возражать, когда решат закрыть церковь,в которую он привык ходить, и если он не будет добиваться открытия новой вместо закрытой - и т.д. и т.д. Такой тип верующего согласуется с духом и буквой законодательства о религии.

Опубликовано на сервере "Русское воскресение"

Форумы