Приписка Ивана Черного к «Еллинскому летописцу». 22 июля 1485г.

Приводится по изданию: Казакова Н.А., Лурье И.С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV - начала XVI в. М.-Л. 1955
Список источников


«Еллинский летописец». Л. 230 из списка БИЛ. Муз. № 597, с глоссой «дивно» на поле.

«Приписка Ивана Черного к „Еллинскому летописцу"» до сих пор не публиковалась; в научной литературе она также не была известна.

«Еллинский летописец», переписанный Иваном Черным, сохранился в рукописи БИЛ, Муз. № 597; 1; кон. XV в. Подробное описание рукописи см.: А. Е. Викторов. Каталог славяно-русских рукописей Д. В. Пискарева. М., 187], № 162.

Как установил Д. С. Лихачев,[1] текст «Еллинского летописца», находящийся в данной рукописи, восходит к редакции «Еллинского летописца» 1392 г. и очень близок к другому экземпляру «Еллинского летописца», хранящемуся в Рукописном отделе БАН (33.8.13).

Из публикуемой приписки, находящейся на л. 420, выясняется, что рукопись была переписана Иваном Черным в 1485 г. по повелению великого князя.

Таким образом, работа по переписке «Еллинского летописца» может рассматриваться как выполнение великокняжеского задания. Д. С. Лихачев со всем основанием считал: «Копирование обширного „Еллинского летописца" второго вида, позднее широко использованного в московском летописании, было, несомненно, выполнено Ивашкой Черным по поручению правительственных кругов и стояло, очевидно, в связи с повышенным интересом именно того времени ко всемирно-исторической роли Москвы».[2]

Самый факт поручения еретику Ивану Черному большой работы, имевшей для великого князя очень серьезное и очень насущное политическое значение, говорит за себя. Это один из примеров сотрудничества еретиков с Иваном III (как и наоборот, т. е. Ивана III с еретиками), продолжающий ряд, открытый именами Алексея и Дениса, а также Федора и Ивана Курицыных.

Публикуемая «Приписка Ивана Черного к „Еллинскому летописцу"» тематически состоит из двух частей. В первой части повествуется о том, что труд, осуществленный составителями, был поручен им великим князем и что мысль о составлении этого труда была внушена великому князю «свыше»—царю земному от царя небесного. Во второй части высказывается очень определенно и энергично основная идея религиозного учения новгородско-московских еретиков: бог это любовь. Такое толкование бога в духе рационализма и христианского гуманизма, едва ли не впервые сформулированное в XV в. идеологами новгородско-московских еретиков, было усвоено большинством религиозно-общественных движений, выступавших против официальной церкви. Оно было особенно развито в XVIII в. в движениях молокан и духоборцев и положено было ими в качестве идейной основы в их теорию и практику «религиозных коммун», утопических попыток создать островки «справедливого» общественного строя среди стихии эксплоататорских отношений дворянской России. Само собой разумеется, эти попытки все без исключения кончались крахом, падали как под ударами господствующей феодальной власти, так и в результате неизбежного развития классовых противоречий в самих религиозных коммунах. Однако в оболочке евангельского «гуманизма» и христианского «коммунизма» действовало, развивалось, боролось демократическое движение, направленное против эксплоататорских институтов феодализма, против угнетательской, калечившей все живые побуждения, чувства и помыслы человека, феодальной морали. В этом — прогрессивное для времени Ивана Черного значение высказанной им идеи. Характерно, что ближайшим преемникам Ивана Черного—Матвею Башкину и Феодосию Косому—именно эта идея послужила для прямых выводов о том, что кабальное состояние людей несовместимо с верой в бога и не имеет права на существование. Прямые выступления Башкина и Косого против крепостнической кабалы имели место тогда, когда Ивана Черного уже не было в живых. Однако глоссы Ивана Черного на полях библейских книг (особенно же глосса к тексту пророка Иеремии: «Я ся скончает семь лет, да пустиши брата своего жидовина, иже продан тебе ес в тебе. Да ти делает шесть лет и да отпустиша и свобод»[3]) показывает, что и сам Иван Черный умел делать социальные выводы из своего религиозного учения.

Примечания

[1] Д.С. Лихачев. «Еллинский летописец» второго вида и правительственные круги Москвы конца XV в. Тр. ОДРЛ, т. VI, 1948, стр. 100—110.
[2] Там же, стр. 110
[3] Рукопись ГПБ им. Салтыкова-Щедрина, F.I.3, л. 188. См. ниже, стр. 299

Преддверие настоащаго сочетаниа

Иже от вышняго промышлениа на престоле царствиа председящему устроивый и сановом скиптра почтенному, ему же преклонишяся раби и съслужебници тайну того любовную начрътавше, яже от светлейшаго царя повеленнаа.

Бяше же нас, яже в заповедех повелениа царя два чиновнаа рядов ника, раби же и сослужебници двадесят и четыри. Написана быс сия книгы в дни благочестиваго великаго княза Ивана Василиевича владимерскаго и новогородцкого, и московскаг[о] и всея Росия. И в дни сына его великог[о] Княза Ивана Ивановича всея Россиа. И при архиепископе

«Еллинский летописец». Приписка Ивана Черного.
Геронтии митрополите всея Росия в преименитом и велицем граде Москве лету сущу 6993 [1485] месяца иулиа 22 индиктиона втораго.

Тем же възлюблении аще и где неусподобився осазати малейше что в малитвах не забудите, яко да и вы сами томужде помяновениу сподобитеся. Любяй бо ближняго себе любить, в брате бо лежить наследие вечных благ. Блажени любящей бога от всея душя и ближняго, яко ти помиловани будуть. Сие заповедаю вам реч, да любите друг друга, ибо весь закон единем словом скончавается еже любити бога и ближняго весь закон скончавает. Аще бо и строптивый кто, да уцеломудрится не скакати на тръние, на земи телесы да не приимет раны. Ио Чръны званем и деанми. О господи радоватис.

Ссылки по теме
Форумы