Деятельность царя Иоанна IV по восстановлению края. Епископ Юьевский и Вельядский Корнилий

Иван IV предпринимал энергичные меры не только по восстановлению торговли и хозяйства Прибалтийского края, но и по утверждению православной веры среди местного населения. Склонность эстонцев к принятию православия и роль, которую играла в крае Псково-Печерская обитель, как нельзя более благоприятствовали его целям. В городах строились церкви, начиналось богослужение, и это было тем более необходимо, что здесь разместились русские гарнизоны. Некоторым храмам царь жаловал значительные земельные угодья. Печерский монастырь получил почти всю волость до Ливонского Новогородка (Нейгаузена) [286]. В середине XVI в. игумен псковского Печерского монастыря Корнилий уже крестил чудь Нейгаузена и учредил там Рождественскую и Троицкую церкви с полными причтами[287].

Данных о том, где и сколько было построено еще церквей, почти не сохранилось, но известно, что в 1581 г. шведский король предписывал своим военачальникам щадить в завоеванных городах и землях в Ливонии русские церкви и монастыри, которых особенно много было в окрестностях Дерпта[288]. Стараясь придать делу православия еще более успешный характер, Иван IV учредил кафедру Юрьевского епископа в центре страны (1570 г.) и поставил Корнилия первым православным епископом. «Приехал в Новгород владыка с Москвы Корнилий новый с города Юрьева Ливонского». Эти сведения сохранились как в Новгородской летописи[289], так и в записках легата папы Григория XIII иезуита Антония Поссевина[290]. Неизвестно, сколько лет пребывал на кафедре епископ Корнилий. В синодике Псково-Печерского монастыря указан день его преставления, 5 февраля, с титулом священноепископа Юрьевского и Вельядского (Феллинского). Преемником его считают епископа Савву[291], который в декабре 1578 г. присутствовал на Московском Соборе[292].

Возникает вопрос, возможно ли, что епископ Юрьевский Корнилий и преподобный Корнилий, игумен Псково-Печерского монастыря, одно и то же лицо. Ни Новгородская третья летопись, ни синодик Псково-Печерского монастыря не отождествляли личность Юрьевского епископа с преподобным Корнилием, как это сделал в своей книге архиепископ Филарет (Гумилевский) [293]. В грамоте 1580 г. среди епископов, присутствовавших на Соборе, упоминается «Юрьевской и Вилянской Корнилей». Правда, подпись его под документом, принятом на Соборе, не стоит, и это дает основание сомневаться в его присутствии на заседаниях[294]. Преподобный Корнилий, как известно, был убит Иоанном IV в 1570 г., и в печерском синодике день его памяти отнесен к 20 февраля, а день кончины епископа Корнилия к 5 числу того же месяца[295]. Еще одним подтверждением тому, что епископ Корнилий занимал Юрьевскую кафедру и после смерти прп. Корнилия Псково-Печерского, служит опубликованная С. И. Сметаниной запись 1576 г. на рукописной книге Слов Василия Великого из собрания Е. Е. Егорова. «В лето 7084 при священном епископе Корнилье дал сию книгу Великого Василья в церковь боголепного Преображенья, дал Еуфим, ище чернец часовик, в Юрьев Ливонской» [296].


Царь и великий князь Иоанн IV Васильевич. Копия с портрета XVII в.
Царь и великий князь Иоанн IV Васильевич. Копия с портрета XVII в.

Посещавшие Псково-Печерский монастырь местные жители, возвращаясь домой, рассказывали о святой вере и строгой жизни его насельников, а некоторые находили там приют и убежище от жестокостей и преследований своих господ и принимали крещение[297]. Новгородский архиепископ Макарий в 1534 г. предписал монастырям Псковской области позаботиться о разрушении мольбищ и искоренении языческих обрядов в этих местах[298]. То же сделал и его преемник — архиепископ Феодосий. Таким образом, состояние православия в Прибалтийском крае в период Ливонской войны находилось в благоприятных условиях[299].




[286]  Этот факт приведен в: Коялович М. Дневник последнего похода Стефана Батория на Русь (осада Пскова) и дипломатическая переписка того времени, относящаяся главным образом к заключению Запольского мира (1581—1582). СПб., 1867. С. 471.
[287]  Евгений (Болховигпинов), митр. История княжества Псковского. Киев, 1831. Ч. 3. С. 10. Факт обращения эстов в православие игуменом Корнилием подтверждается текстом Тропаря, где его называли «сообщником апостолам», так как привел «людей иноязычныя чудь к свету богоразумия учением и крещением в славу Богу» (Трусман Ю. О происхождении Псково-Печерских полуверцев // Живая старина. 1890. Вып. 1. С. 41).
[288]  Евгений (Болховигпинов), митр. История княжества Псковского. Киев, 1831. Ч. З.С.11.
[289]  Новгородская вторая летопись под 1571 г. // Полное собрание русских летописей. М., 1965. Т. 30. С. 160.
[290]  Поссевино А. Исторические сочинения о России XVI в. М., 1983. С. 220.
[291]  Павел (Доброхотов), en. Кое-что из прежних занятий. С. 52.
[292]  Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. М., 1996. Т. 4 (1). С. 195.
[293]  Филарет (Гумилевский), архиеп. Русские святые, чтимые всею Церковью или местно. СПб., 1881. С. 26. Об этом см.: Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. М., 1996. Т. 4(1). С. 195, 506, 569.
[294]  Там же. С. 506.
[295]  Евгений (Болховигпинов), митр. История княжества Псковского. Ч. 3. СИ.
[296]  Сметанина С. И. Записи XVI— XVII веков на рукописях собрания Е. Е. Егорова // Археографический ежегодник за 1963 год. М., 1964. С. 361.
[297]  Трусман Ю. Полуверцы Псково-Печерского края // Живая старина. 1890. Вып. 1. С. 50.
[298]  Евгений (Болховигпинов), митр. История княжества Псковского. Ч. 3. С. 6.
[299]  Потомки эстов, обращенных в православие в XVI в., известны и сегодня как этническая группа сету, живущая на юго-востоке Эстонии и в Печерском районе Псковской области России. Их язык — особое наречие выруского южноэстонского диалекта, испытавшее сильное русское влияние. В начале XX в. их насчитывалось около 30 000 человек.
Ссылки по теме
Форумы